Толпа захлопала, оглушая. Но она смотрела только на Мило. Он сиял, и она видела ответ, словно он кричал его изо всех сил.
— Лучше поспешить, — Маттио поплыл от Моста храма. — Амо, бери другой шест.
Воды канала казались неподвижными, но когда они покинули Королевский канал и попали в узкий водный проход, ведущий к Казе Диветри, и течение воды к морю ускоряло их путь на юг. Риса была удивлена, когда оглянулась и увидела, что гондолы из-под моста плывут за ними. Сильные мужчины гордо выпятили груди, женщины с платками на косах тоже гребли, как и подростки, стремясь за гондолой Рисы. Некоторые пели песню Рикарда, звук разносился над водой.
Это должно было радовать Рису. Но на западе она видела, как солнце опускалось все ниже. Оно казалось зловеще красным, последние лучи плясали на каналах. Она мысленно подгоняла гребущих. Скорее! Скорее!
Она так сосредоточилась на солнце и его движении, что топот сапог в унисон испугал ее. Мило перестал грести у одного из мостов, тянущегося по диагонали. Пение прекратилось. Они видели стражей, бегущих отрядом на юг. Казалось, принц сжал ее когтями издалека, сдавил ее легкие. Они направлялись к Казе Диветри.
— Мы можем опередить их, — сказала Камилла. Рисе от этого легче не стало.
Их новая гондола была большой и тяжелой, но ребята гребли вместе, и поток воды позволял им плыть быстрее. Она услышала, что они догнали стражей, а через пару секунд перегнали их.
Здания вокруг канала стали знакомыми. Многие она видела из окна каждый день. После враждебных лиц и мест знакомый вид воодушевил ее. Она прибудет заранее, окруженная людьми, готовыми биться с ней за город и страну. Надежда была. Она преуспеет.
Гондола стукнулась об камень и остановилась. Мило тут же вскочил на ноги, помог Рисе первой сойти на землю.
— Иди! — он подтолкнул ее, прижимая ладонь к пояснице.
Это не требовалось. Он оглянулся, она побежала по причалу и по грубой лестнице, ведущей к площади Диветри. Она миновала по две ступеньки, придумывала, как быстрее добраться до балкона наверху.
«Быстрее всего, — думала она, тяжело дыша, взбираясь по лестнице, — будет побежать по верхнему мосту и…».
Она застыла и смотрела, не понимая, что видела. Вход на мост впереди перекрыли двадцать стражей. Они стояли плечом к плечу, подняв мечи и скрестив непроницаемым барьером. Она повернулась к нижнему мосту, чуть в стороне на востоке. Но в тенях сумерек она видела, что и там стояли стражи.
Солнце уже задевало краем горизонт на западе. Вдали зазвучал рог из замка. Звук был низким и протяжным, звучал на фоне лилово-красного неба и утихал.
Ответа Кассамаги этой ночью не будет.
«Простите», — она подумала о Феррере. Она смутно ощущала, что Камилла и Мило догнали ее. Они раздраженно ругались, и их голоса вернули ее в реальность.
Хоть она многого боялась, она и многое могла потерять. Она была казарра Диветри. Все зависело от нее. Риса подавила эмоции и прошла к солдатам, ощущая на себе взгляды. Она видела, что они не стали бы мешкать и ударили ее.
Капитан Толио стоял перед стражами, скрестив руки. Она подошла ближе, он сделал два шага вперед и остановил ее рукой.
— Дальше нельзя, — сказал он. — Я не хочу, чтобы моим людям пришлось тебя вредить, — Камилла и Мило по бокам от нее потянулись за мечами. Четверо стражей тут же шагнули вперед и остановили их, готовые ударить.
— Ты — предатель, Толио, — прорычала Камилла.
— Вы трое арестованы по приказу принца Берто, — заявил довольный Толио.
— Принц не может приказывать арест, — заявил Мило.
— Этот может. Он скоро будет королем, — Риса слышала вдали звуки фейерверков. Она горевала, зная, что эти хлопки и шипение были разрушением чар самой старой из семи каз. — Остальные тоже арестованы, — он кивнул в сторону тех, кто добрался до них с причала. Сердце Рисы сжалось от вида Феррера, упавшего на колени, сжавшего себя от далеких звуков разрушения его дома.
— Не верится, что ты пал так низко, — гнев Камиллы был таким, что она бросилась вперед. Два стража схватили ее за локти. — Он предложил тебе повышение? Ты был героем во время вторжения!
Толио потянулся к старым шрамам на лице.