– К несчастью, не тебе выбирать, не так ли? Ты, конечно, могла бы добиться телесной смерти, но тогда я бы был наготове, чтобы потребовать твою душу. Жалко терять такое сокровище, я бы с куда большей охотой взял тебя к себе – живую, дышащую и чувствующую.
Он начал подниматься в воздух, его ноги без усилий оторвались от земли. Потом Гидеон поплыл вперед и навис надо мной, его черная одежда и мрачное лицо превратились в смертоносное облако, которое грозило полностью поглотить. Я хотела бежать, но с непривычки волшебство отняло все мои силы. Гидеон медленно опустился, обнял меня, придвинул лицо к моему, и его губы вздернулись, открыв неестественно острые зубы. Дыхание колдуна горячо било в щеку. Я почувствовала, как его язык очерчивает мои губы, проверяя и пробуя их на вкус. Я попыталась вырваться, но ноги обмякли.
– Отпусти меня, – прошептала я, слабея. – Пожалуйста, отпусти.
– Тише, Бесс, – произнес он, привлекая все ближе, поднимая за собой, так что мы повисли рядом в дымном облаке темного волшебства. – Не бойся. Я давно этого ждал. Мы оба ждали. Время пришло. Здесь, среди того безумия, что сотворили эти глупые смертные. Пей силу, которую высвобождает их бесплодная драка. Питайся ею, как я. Соединись со мной в вечном счастье.
Я чувствовала, как воля слабеет. Меня приводила в ужас близость колдуна, его прикосновения вызывали отвращение, и все-таки я чувствовала, как во мне просыпается желание. Словно его власть надо мной было так сильна, так превосходила все, что я могла понять, что у меня не было против нее никаких шансов. Я была уверена: лишь мгновения отделяют меня от того, чтобы исчезнуть навсегда, стать его навечно, когда ясный и сильный голос ворвался в мое отупленное сознание.
– Отпусти ее! – слова Арчи полнились едва сдерживаемой яростью. – Я сказал, отпусти!
Гидеон перехватил меня, чтобы гневно взглянуть на Арчи, стоявшего на пороге. И зарычал, увидев, что в руке у него револьвер. Нездешний гул эхом отдался в груди колдуна и заставил содрогнуться мое тело.
– Как ты смеешь! – зашипел он на Арчи. – Какое право имеешь становиться между нами. Она моя!
Колдун сгреб меня за шкирку и поднял.
– Моя! Я могу делать с ней все, что пожелаю.
Он потряс мое тело, как тряпичную куклу.
Арчи кричал, чтобы он остановился, целясь из револьвера прямо ему в голову.
– Отпусти ее, или я выстрелю.
Гидеон взревел и, сотворив свободной рукой шар сернистого огня, метнул его в сторону двери. Арчи отпрыгнул влево, но пламя зацепило плечо любимого. Он катался по земле, чтобы сбить огонь, но не мог погасить, пока тот не прожег саржу мундира. Я чувствовала запах тлеющей материи. Гидеон поднял руку, чтобы выпустить второй заряд.
– Нет! – закричала я, сумев наконец собраться.
Я выставила против его заклинания свое, сбив ему прицел, так что огненный шар упал на пол, не причинив никому вреда. В ярости Гидеон швырнул меня на землю. Я почувствовала, как треснуло ребро, когда ударилась о деревянный пол.
– Бесс! – Арчи поднялся на ноги.
– Осторожнее!
Я видела, что Гидеон вращается, набирая силу, готовясь нанести удар.
Арчи поднял револьвер и выстрелил, но Гидеон растворился в воздухе и появился в дальнем углу. Солдат выстрелил снова, но, прежде чем пуля долетела до Гидеона, он сделался бестелесным, словно облако, и позволил свинцу пройти насквозь, не задев себя, прежде чем опять обрести тело. Я с болью села и подняла руки, призывая отчаянную силу. Арчи я послала безмолвное предупреждение, не зная, получит ли он его, но точно понимая, что наша единственная надежда – сражаться вместе.
Подожди. Подожди, пока я его не остановлю.
Арчи взглянул на меня, прежде чем укрыться за пианино, чтобы избежать нового огненного удара. Он взглянул мне в глаза и кивнул. Я занялась Гидеоном, благодаря нашу удачу и его самоуверенность: он не заметил, что произошло между мной и Арчи. Пусть считает себя несокрушимым, подумала я; гордыня колдуна станет причиной его падения. Я глубоко вдохнула, глубже, чем ловец жемчуга: втягивала воздух, пока мне не начало жечь легкие. Про себя я призвала сестер-ведьм, умоляя помочь мне, защитить, встать со мной рядом и избавить мир от столь гнилой и опасной души. Я ощутила, как в тело мое вливается мощь древних, сила волшебства, опасное могущество сверхъестественного. Я собрала крупицы этой силы и швырнула ее в Гидеона. Он отлетел назад и ударился о стену класса. Испустил рев ярости, но не смог шевельнуться и сойти с места.
– Давай, любимый! Давай! – закричала я.
Арчи выпрыгнул из укрытия и прицелился. Гидеон понял, что не сможет спастись от пуль, которые будут в него выпущены. Он был в ловушке. Мне показалось, что на мгновение я увидела, как на его лице мелькнул подлинный страх. Но его быстро сменила ярость.