— Милорд, я вызнала всё, что прошено!
— Говори! — отрывисто прикрикнул глава, ёрзая на кресле от нетерпения.
— Девушку зовут Алиара. Они с матерью по её же словам живут в деревне Западении, что на юго-западе от тёмного леса. Теперь же знает, что в лесу с ведьмой девушка живёт…жила. Всегда ходила одна, но к ней частенько подходит на пару слов лорд Баксмер Тальдори.
— Только этого мерзавца и не хватало! — вскричал глава рода и вскочив с места со всей силы стукнул кулаком по столу. Окружающие члены его семьи вздрогнули от неожиданности, леди Таина тонко пискнула, кое-кто отступил на пару шагов, а вот супруга милорда лишь сильнее выпрямила спину и безмятежно прикрыла глаза.
С квадратных одутловатых пальцев лорда Гериана посыпались искры и он, ещё сильнее разозлившись, позволил магии сформироваться в ярко-синее пламя, которое с шумным выдохом метнул в пустую каминную топку. В воздух сразу поднялось чёрное сажевое облако и когда последние синие искры угасли, леди Лорана, стоявшая всё это время в отдалении, неторопливо подошла к окну и распахнув его, взмахнула рукой. Поднявшийся поток ветра быстро выгнал облако на улицу и с грохотом захлопнул за собой створку.
В тот же миг в дверь снова постучали.
— Войдите, — разрешил милорд, гневно сопя и опираясь на стол руками.
В комнату чинно вошёл низкий худощавый мужчина в возрасте, постукивая по полу богато украшенной золотом резной тростью. Пышная белая борода и подкрученные густые усы дополняли забранные в низкий хвост короткие волосы. Образ создавался очень щепетильно и впечатление производил несомненно важное.
— Господин Тавард, мы очень ждали вас, — сразу поднялась со своего места миледи Ильрисс и, получив ответный кивок, поспешно села обратно.
Мужчина же тем временем подошёл к столу и также коротко кивнул хозяину особняка, на что тот скупо улыбнулся и к облегчению своего семейства наконец сел в своё кресло.
— Тавард, здесь творится настоящая дьявольщина! Не меньше! — тут же пожаловался он, и приглашающим жестом указал на принесённый Ракнаром, что наконец отстал от супруги, стул.
Гость не преминул расположиться со всеми удобствами, и пусть он уже вовсю пожирал глазами лежащие на столе артефакты, всё же терпеливо дождался пока хозяин дома отошлёт служанку за чаем и позволит всё осмотреть.
Наконец лорд Гериан схватился за артефакты и сразу разделил их, пододвигая всего три к артефактору. Любопытство заставило его вопросительно поднять бровь.
— Мелкие артефакты принадлежат моей семье, — сразу пояснил мужчина, — а вот об этих хочется узнать твоё личное мнение, как специалиста.
Гость серьёзно кивнул и первым делом сразу отодвинул обратно к хозяину дома тонкую металлическую пластинку, скупо обозначив свои мысли на её счёт:
— Грубая и слабая работа. Пластинка сохраняет в барьере высокие температуры. Бесполезная вещь.
Затем мужчина предвкушающе улыбнулся и взял в руки крупный жёлтый камень с высеченными бороздками, бегущими в центр, к пульсирующему красному желобу с множеством драгоценных красных камней. Мужчина нагнулся, быстрым движением нацепил на нос откуда-то взявшееся пенсне и громко сглотнул, не стесняясь прижиматься к артефакту, словно к жене в постели.
— Великая редкость – артефакт Данкона Риуса. — Полушёпотом благоговейно произнёс господин. — Один из десяти неповторимых оригиналов. Потрясающе…
— Ты знаешь кому он мог принадлежать? — с надеждой спросил лорд Гериан.
— Нет, — без раздумий ответил гость и замолчал, дожидаясь пока вошедшая служанка поставит перед ним серебряный чайный сервиз, состоящий из чайной пары, чайничка, сливочника, сахарницы и лимонника. Мужчина проводил взглядом поднос с доливным чайником, водружённый девушкой на чайный столик неподалёку и негромко отметил: — Прекрасный чайный сервиз. Люблю такие вещи, знаете ли.
А когда за девушкой закрылась дверь, никто из семейства даже не шелохнулся, затаённо ожидая вердикта гостя. И тот поняв это, не стал их разочаровывать, мельком следя как одна из дочерей хозяина дома, наполняет его чашку ароматным напитком.
— Хотелось бы уточнить, я не знаю кому мог принадлежать именно этот артефакт, но, если мы возьмём другой, не менее редкий и совершенно бесценный, — он аккуратно поднял чёрный стальной куб в медной окантовке и довольно улыбнулся, испытав настоящее торжество. — Настоящий! Видите, как идут медные веточки? Прямиком к деревянной пластине, и без дополнительных креплений как во всех этих бездарных подделках!