Отойдя на некоторое расстояние, вернула способность на полную мощь, позволяя аурам сиять даже сквозь ближайшие стены и двинулась по выбранному маршруту. Цель была ясна, но определить её не получалось. Куда бы Алиара не смотрела, как бы внимательно не разглядывала, где бы ни проходила, но за стенами всё было, как и положено — ничего необычного. Ауры порой попадались блёклые или сухие, некоторые истощённые или даже дырявые, но абсолютно ничего не превышало норму. Обычные ауры обычных магов.
Вот так бродя по дворцовым коридорам, девушка успела вновь прийти к столовой, затем к огромному залу с ранеными, где она долго стояла всматриваясь издалека, и нехотя уходила, ничего не найдя. Затем как-то сама собой отыскалась собственная дверь в спальню, где очнулась, но и там за стенами с магами всё было в порядке. Что же имела ввиду та леди, и почему мог быть запрет. Стоило всё же найти Сагмара. С этим желанием Алиара дошла и до зала Советов, но увидев там количество народа вокруг императора, она даже подходить близко не стала. Ауру императора ни с чем ни спутаешь, оказывается она золотая. Алиара видела её однажды в детстве в городе, но до сих пор сомневалась. А теперь, видя мощь этой ауры, становилось страшно до дрожи в поджилках от понимания, что сейчас она истощена почти до прозрачности и её блеск может в любой день угаснуть навсегда.
Среди аур в зале она не нашла ни Сайдэна, ни его брата, что имел насыщенно-синюю магию и соответственно ауру, благо ей удалось поймать как-то его след и запомнить цвет. Почти всегда одинаковые уровни магии отличались оттенком, что обозначало разную степень силы мага и его резерва. Но бывало и такое, что цвета настолько похожи, что различить их было почти невозможно. Алиара могла распознать тысячи магов синего уровня аур и магии, что они применяют, указывающую напрямую на уровень их силы, но лишь насыщенность и оттенок могли помочь отличить одного мага от другого. Всегда было жаль, что ауры людей нельзя определить по запаху как у монстров. Но, справедливости ради, монстры и не могли похвастаться разными цветами аур. Чернота правила их магической сущностью.
Не успев далеко уйти от главных залов, Алиара вдруг замерла. Нос улавливал лёгкий непонятный, но слишком знакомый аромат. Запах? Нет. То была вонь. Настоящее зловоние лесной твари мрака. Но откуда?
Алиара торопливо осмотрелась и с замершим сердцем двинулась вперёд. Ничего! Ауры за стенами в порядке, обычные отдыхающие маги, ничего больше. Медленные шаги и беззвучное дыхание — она старалась сосредоточиться и продвигаться как можно тише. Всё тело напряглось как перед атакой, словно только что началась охота. Коридор кончился, запах гнили и кислой сырости всё нарастал, теперь можно было идти по нему. Но ни следа монстров, но ниточки, ни пятнышка — ничего! Опять.
Девушка остановилась и принюхалась к тонкому шлейфу зловония. Двинувшись вперёд, свернула за угол и в абсолютно идентичном коридоре подошла к одной из одинаковых белых дверей. Стоило взяться за ручку и сердце оглушающе забилось в груди, а откуда-то сбоку сквозь занавешенное окно на улице завыл ураганный ветер, словно нагнетая неприятные ощущения.
Света в коридорах было достаточно, но стоило открыть лёгкую скользящую на петлях дверь и взгляд устремился в темноту, заставляя задержать дыхание. Алиара оглянулась, проверяя пустоту коридоров и прошла в комнату, прикрывая за собой дверь.
В нос сразу ударила целая смесь трав и масел, разлитых по стеклянным сосудам и баночкам и расставленных по всей длинной тёмной комнате. Шесть коек со спящими молодыми магами, закутанными по самый нос в джутовые накидки. Подойдя чуть ближе, она провела рукой по ткани и сглотнула — одеяла были зачарованы — десятки разнообразных печатей и забытые письмена покрывали их.
Затаив дыхание, она подошла ещё ближе, встав напротив лица одного из адептов. Да, теперь можно было смело сказать, что речь шла о них. Вот только ауры шестерых молодых мужчин даже истощёнными не выглядели — ровные контуры, яркие цвета. Тусклый свет пары настенных канделябров позволял разве что оценить общие черты и Алиара наклонилась к лицу парня, рассмотреть кожу и… Да, понюхать. Смутившись немного от этой мысли, она сокращала расстояние, пока не почуяла то, от чего волосы на затылке встали дыбом и тело содрогнулось от холодной волны мурашек.