— Радо, можно тебя на минутку.
Сначала мне кажется, что послышалось, но... когда Карина вновь озвучивает свою просьбу, я в недоумении поднимаю глаза. Предчувствие дурное заполняет душу.
— Что вы хотели?
— Выйдем на улицу.
Тати по инерции цепляется за моё запястье. Взглядом прошу её остаться здесь. Послушно кивает, и я пулей выметаюсь за женщиной, боясь того, что мама может вырасти передо мной стеной.
Дорогие читатели, приглашаю вас в пятую, не менее эмоциональную историю нашего моба "Месть или любовь?"
"Бывшие. Там, где ты - боль" от прекрасной Майи Тень!
Глава 8
— Спасибо, что не отказала, — остановившись за воротами, поворачивается женщина. — Марал точно устроит тебе допрос, — тихо усмехается. — Скажешь, что я по поводу свадебного подарка посоветоваться с тобой решила. Определиться никак не могу. Хорошо?
Я бы сейчас расплылась в счастливой улыбке и осыпала её свекровь благодарностями, если бы мы затронули этот вопрос впервые, пусть и понарошку. О подарке его родители позаботились ещё полгода назад. Молодожёны отправятся в Москву на медовый месяц. Тати давно об этом мечтала. Они с Тамиком оба танцоры, с самого детства в одном ансамбле состоят, но, так как наша мама категорический противник того, чтобы её дочь вылетала за пределы КБР, эта мечта всегда оставалась в списке “несбывшихся”. Мама с трудом давала согласие, чтобы Татым в другой город на соревнования съездила, а здесь — огромный мегаполис. Потеря контроля, власти, морального давления. Это всё равно, что снять с раба путы и бездейственно наблюдать, как он вырывается на свободу.
— Я слушаю вас, — слегка подаюсь вперёд, опасливо по сторонам озираясь.
На территории нашего дома даже у воздуха есть уши, чего говорить о стенах. И Карина это чувствует, поэтому предлагает мне пройти в машину. Сама за рулём ездит. Самодостаточная, хотя говорят, что её полностью муж-бандит содержит. Мало кто берёт в счёт, что эта женщина — основатель первой инклюзивной школы искусств в нашем городе. И лично преподаёт некоторые предметы, помогая детям с ограниченными возможностями раскрывать свои таланты, приспосабливаться к жизни в социуме. Это та, которая рождена принцессой с золотой ложкой во рту, и та, которая ни на что не способна, кроме как “тратить”. Но у меня есть стойкое ощущение, что она сама себя сделала. Это не ребёнок, выросший в богатой семье, и не женщина, стоящая за спиной своего мужчины. Ей не за кем прятаться, не на кого полагаться. У неё есть она.
У меня всё.
— Выдыхай, — смеётся женщина, когда я захлопываю дверцу и откидываюсь на спинку сидения. — Нормально себя чувствуешь?
Напрягаюсь, кулаки непроизвольно сжимаются. Мне становится неприятно, если кто-то заостряет внимание на моём состоянии. Я всегда в порядке. Мне никогда не бывает плохо.
— Времени немного. Переходите к сути.
— Я уверена, что ты ответишь мне честно, — ловит мой взгляд, и словно гипнотизирует, не отпускает. — Раз ты с такой лёгкостью согласилась на разговор, значит скрывать особо нечего.
— Вы прям мастер уловок, — хмыкаю я, — если речь пойдёт об их отношениях, то мне действительно нечего сказать. За исключением того, что ваш сын ведёт себя чрезмерно хорошо.
— Чрезмерно? — выгибает аккуратную бровь. — Я бы сказала — чрезвычайно опасно. В последнее время я вообще своего сына не узнаю.
— Мне начать волноваться?
— Да, — без тени улыбки кивает она. — Меня беспокоит его поведение, поэтому сначала с тобой решила поговорить.
— Со мной? Вы явно что-то путаете, — смеюсь, хотя внутренне вся содрогаюсь. К такой открытости, тем более с женой врага я не была готова. И вряд ли буду! — Что вы пытаетесь выведать у меня?
— Выведать... Сочту это за любезность, Радо.
— Мне незачем любезничать с вами, — стираю с её лица вежливую улыбку. — Если ваш сын обидит мою Тати...
— Мой сын прекрасно знает, что с ним будет, если он хоть словом нашу малышку обидит, — не слишком грубо, но перебивает меня. — Просто понимаешь, если его что-то не устраивает, то он заявляет об этом напрямую, ничего на потом не оставляет.
Тут же вспоминаются его утренние слова. За честность он людей ценит. Нелепость какая! Зачем я вообще над этим задумываюсь?