Глава 6
Елизавета
— Пойдем в машину, — выдыхает Вадим, берет меня за руку и ведет за собой.
Я иду, ничего не соображая. Голова кругом, ноги ватные, сердце колотится где-то в висках. Он сажает меня на переднее сиденье, сам обходит машину и садится за руль. Открывает окна, впуская свежий воздух. Молчит, откидывая голову на подголовник, и смотрит в лобовое. И я молчу. Нет, мне есть что сказать. Я хочу не просто говорить с ним, я кричать хочу. Но кусаю губы, не позволяя себе этого. Не буду больше унижаться. Я всё сказала.
— Лиз, ты девочка еще, а я… — делает паузу, прикрывая глаза.
— Еще раз скажешь, что я ребенок, получишь по лицу, — зло выдаю ему.
Довлатов грустно усмехается, качая головой. Тоже откидываюсь на спинку сиденья, обнимаю себя руками и закрываю глаза.
— Замерзла? — закрывает окна.
Я замерзла, оттого что он отмороженный. Молчу, не комментируя. Смотри, какой заботливый. Слышу щелчок зажигалки, и салон наполняется дымом. Облизываю губы, которые никак не могут забыть его поцелуй. Они горят и саднят. Трогаю их подушечками пальцев. Хочу ещё его умелых, упрямых губ… Тело тянет, и я выгибаюсь.
Сволочь. Довел меня.
— Прекрати!
Вздрагиваю от его грозного низкого голоса, одергиваю пальцы от губ. Глаз не открываю.
— Лиза, мне тридцать семь, я тебе почти в отцы гожусь.
— Ой, вот только не надо лицемерить, — психую. — Сколько там твоей телке? Двадцать пять?
— Ей тридцать.
— Да? — перевожу на него удивленный взгляд. Кивает, сжимая челюсть. — Ну поздравь ее, хорошо сохранилась, — усмехаюсь. Снова съезжаю на сиденье, прикрывая глаза. — Третьей жене отца двадцать, и ничего, — рассуждаю я.
— Вот мы и подошли к главному.
— Испугался моего папочку? — язвительно улыбаюсь.
— Дура ты… — вздыхает. — Поезжай учиться. Проживи прекрасные моменты молодости. Наши отношения будут завязаны только на сексе. Я хочу молодое тело, ты ищешь приключений в силу своего возраста и характера. Нарисовала в своей голове образ, которого нет. Я кажусь тебе умнее, опытнее твоих ровесников, интереснее. Окей. Дальше что? На этом все и закончится. Будущего не будет. У нас разные ценности и интересы. Ну и потом да! Да, Лиза. Такой связи твой отец не допустит никогда. И я его даже за это не виню.
— Боже, какой ты… — не могу подобрать слова. — Душный!
— Да, Лиза. Бинго! — усмехается. — Не такой, какого ты себе нарисовала.
— А целовал ты меня сейчас зачем? — разворачиваюсь к Довлатову, чтобы посмотреть в его лицемерные глаза. — Ты же такой правильный и рассудительный. Это я дура малолетняя.
— Это физика, Лиза. Порок. И ошибка… — устало выдыхает. Отворачивается, выпуская табачный дым в окно, пряча от меня свои синие глаза.
— То есть я ошибка?!
Мне хочется отхлестать его по лицу.
— Не переворачивай! — агрессивно рычит на меня. — Ты красивая, привлекательная девочка. Я сорвался. Сама спровоцировала. Больше не повторится.
Сжимаю ладонь, чтобы не расцарапать его красивое лицо.
— А со своей телкой ты, значит, видишь будущее?
— Да при чем здесь Света? Если тебе станет легче, то ничего серьезного я с ней тоже не планирую. Ни с кем не планирую…
Не легче мне…
— Есть и еще одна причина.
— Какая?
— Не могу сказать, малая. Сама потом все поймешь и возненавидишь меня.
— Все ясно… — взмахиваю рукой. — Ты действительно не тот, которого я себе нарисовала. Поехали… — отворачиваюсь к окну, прислонясь щекой к холодному стеклу.
— Вот и замечательно. Зафиксируй это разочарование во мне.
— Ненавижу, — шиплю сквозь зубы.
— Хорошо, — соглашается со мной с усмешкой, заводит двигатель и выезжает со стоянки.
А мне хочется плакать. Не просто плакать, а громко порыдать в голос. Но я стискиваю зубы до боли и зажмуриваюсь, чтобы не делать это при Вадиме. Еще чего. Моих слез он тоже не заслужил. Сволочь!
Если бы я могла в нем настолько разочароваться, если бы смогла возненавидеть… Стало бы намного легче. Но нет… Ничего подобного во мне не откликается. Я по-прежнему люблю его, как идиотка, а после поцелуя так вообще увязла еще больше. Дура.
— Отец знает, что я сбежала? — тихо спрашиваю по дороге домой. Если знает, то минут через двадцать меня дома ждут нотация и скандал. А я не хочу. Моральных сил на это нет. Я выжата и опустела.
— Не знает. В обед он улетел в рабочую поездку. Надо сообщить? — иронично спрашивает.
Цокаю.
— Тогда отвези меня к Нелли. Останусь ночевать у нее, — прошу его.
— Уже почти полночь.