Делаю подход и даю себе отдохнуть немного.
- Пап, – оборачиваюсь на зов сына. – А когда мне так можно будет?
- Иди сюда, боец, – хлопаю на лавку рядом с собой. – Поговорим.
Егор резво бежит, а я хмуро отсекаю каждую попрыгушку. Не упал бы. Гоняет, как подорванный. Маленьким то и дело грохался откуда только можно. Сын прыгает с размаху и затихает.
- Так когда? – нетерпеливо сверкает глазенками.
- Не надо пока, Егор. Железо не для малышей.
- Кто малыш? – хмуро вскидывается и сводит брови к носу. Сдерживаю улыбку. Даже эта пресловутая складка на лбу и то моя. – Я большой.
- Вот станешь еще побольше, так и начнем. А пока тормознемся.
- Хочу быть, как ты. Здоровым!
- Два метра не так уж и здорово. Я с трудом одежду подбираю. Так что минус есть.
- И че! Зато ты великан. Мне знаешь, как пацаны завидуют. Ты у меня ого-го! Халк! Только не зеленый, а нормальный. Ну это... Как его… Э-э-э… Розовый.
Ржу и треплю Егора по вихрастому затылку. Он все, что держит меня в этой гребаной жизни. Мой сын, мой смысл. Егор гоняет по домашнему залу, перекатывает гири и виснет на снарядах, я же просто смотрю.
Сначала не мог проникнуться. Когда Катя умерла ничего не хотел. Во время родов по страшному стечению обстоятельств начался необратимый процесс. Врачи сделали все, но вытащить ее не смогли. Сказали, что ее больше нет и мир потух. Все исчезло, провалилось в преисподнюю вместе со мной.
Я честно пытался сдохнуть, но Макс вытащил. Когда его самого так прокрутило в жерновах, что еле ноги унес. Все равно пришел возвращать меня к жизни. Едва очухавшись, сидел около и вещал, как труба, чтобы я повернул голову к оставшемуся в живых ребенку.
Много раз проклинал себя, что не было рядом. Катя сама справлялась с трудностями быта. А я воевал. Упивался авантюризмом и опасностью. Рубил капусту огромными качанами так, что складывать стало не куда. Бабло променял на семью. Думал, что обеспечу по самые ноздри и закончу с опасной работой. Но вышло что вышло.
- Па, а тебе Даша понравилась?
- А тебе?
- Да. Она добрая и веселая. Не то, что другие зануды.
Не особо слушаю. Понравилась и слава богу. По крайней мере в девчушке брызжет фонтаном жизнь. Остальные были тухлее сюрстремминга. Пусть опыта немного, но это не проблема. Должны сработаться. Реально задрало, когда по дому тетки шныряют и при моем появлении замирают, начиная вести себя, как обоссавшаяся болонка. Хуже только претендентки на мамочек. Тех без разговора сразу навылет.
Надо пробить ее повнимательнее. Если чернуха отсутствует, то отлично. Первичные сведения неплохие, но этого мало. Я должен знать все. Чем дышит, чем живет, сколько половых партнеров было, чем болела в детстве. Короче, все.
- Егор! – слышится крик Даши. Вот и она. – Куда ты убежал? Я ищу тебя уже долго-о-о!
Киваю сыну. Он, состроив хитрое лицо, крадется на цыпочках к двери. Не мешаю шалить. Ничего страшного, со страха никто не умрет. Сын с рыком выскакивает. Раздается оглушительных визг, а потом хохот. Удивительно, как же они сошлись так быстро. Не бывает такого, но данная обратная ситуация рушит утверждение на корню.
- А я с папой, – сообщает Егор.
- С папой? – тихо спрашивает. – Тогда я пойду.
- Нет, не уходи. Пошли посмотришь, что у нас есть. Там целый папин зал.
Поднимаюсь с лавки и ищу исчезнувшую майку. По мне лучше бы она не появлялась, но радушный сын готов ей по всей видимости по всему дому экскурсию устроить. Провалилась куда хламида! Как черти из рук утащили.
- Здравствуйте.
- Виделись, – продолжаю искать, даже не обернувшись.
- Помочь?
- Чем?
- Ну Вы явно что-то потеряли.
Оборачиваюсь. Засовываю руки в карманы. Грудные мышцы непроизвольно дергаются. Ебана-мать! Будто специально играю ими. Кидаю на рожу максимально наглое выражение и качаю башкой. Типа, вали отсюда, не очень-то рад тебя видеть. Она и глазом не моргает. Вот только прокалывается капитально. Елозит глазенками по буграм, скрывая восхищенное любопытство. Был бы я девкой, закатил глаза, ей-богу.
- Они настоящие?
- Что? – не понимаю куда пропал Егор.
Как корова языком слизала. А Даша тогда какого-то хера тут стоит и пялится. Строю максимально свирепое выражение, но рыжей походу похер.