Смотрю на них и не узнаю. Я считала их своими подругами, мы вместе обсуждали парней, выбирали наряды, делились своими девчачьими секретами. А теперь они говорят такие ужасные вещи...
И меня обсуждают. Как товар. Святая Розалия!..
Да, мой отец предал дона Феликса, но...
— Дети за родителей не отвечают, — говорю, облизывая пересохшие губы, — так дон Феликс сказал.
Мария пожимает плечами.
— Правильно. Вот поэтому ты и станешь донной Фальцоне. Для многих это, знаешь ли, мечта.
Антониетта поддакивает, наклоняясь над столом.
— Ты будешь очень влиятельной женщиной, Вивиана. Почти королевой! Тебе все будут завидовать!
Смотрю на них и не верю. В груди давит, словно туда насовали булыжников.
— Вы серьезно? Быть женой парализованного парня — мечта?
Мария криво усмехается.
— Ну… — она разводит руками. — Для таких как ты это неважно. Главное — фамилия.
Антониетта закидывает ногу на ногу.
— И деньги, Вивиана. Деньги решают все.
Меня словно в живот ударили. Поднимаюсь, стул отодвигается с глухим звуком.
— Вы с ума сошли, — шиплю, голос дрожит.
Мария вскидывает брови, они изгибаются ровными дугами.
— Не придуривайся, Виви. Это политика фамильи. Политический брак.
Голова кружится, колени подгибаются. Хватаюсь за край стола.
— Но если я не хочу?
— Тогда ты предашь семью.
Антониетта подхватывает:
— А ты и так дочь врага.
В установившейся тишине слышу только стук собственного сердца. Мир перед глазами хаотично расплывается, как расплывается акварель, на которую попали водяные капли.
Хватаю сумку.
— Вы сумасшедшие. Вы просто больные. Все, — вырывается в сердцах, и я бегу к выходу.
Выхожу на улицу. Голова кружится так сильно, что кажется, я сейчас упаду прямо на тротуар.
— Вивиана! Виви, постой! — слышу, как меня зовет за спиной тихий голос.
Оборачиваюсь. Кьяра. Губы дрожат, будто она хочет что-то сказать, но не решается.
— Что, Кьяра? — смотрю на нее, пытаюсь разглядеть в ее лице хоть какую-то правду.
Кьяра смотрит прямо, в глазах у нее страх.
— Виви… — она начинает говорить и умолкает.
— Кьяра, скажи правду, — шепчу, и голос ломается. — Ты знала?
Она поднимает глаза, и я вижу, как они блестят. Кивает.
— Прости, что не сказала тебе сразу. Мне жаль. Но я слышала сама. Слышала, как отец говорил с доном. Они уже все решили. Тебя выдадут за Риццо Фальцоне.
— Но почему я? Это из-за папы?
Кьяра отрешенно кивает, глядя в сторону.
— Ты — их гарантия, Вивиана. Ди Стефано хотят наладить отношения с Фальцоне, поэтому ты их залог. Ты же знаешь, что у Фальцоне нет наследников. Им нужна новая кровь.
Мне муторно. Дурно.
Залог. Гарантия. Средневековье какое-то.
— Какая кровь, Кьяра? — непонимающе развожу руками. — Какой из меня прок?
— Ну ты помнишь, они уже однажды попытались... — Кьяра поджимает губы, и у меня по спинет стекает холодный пот.
Фальцоне неспроста называют прóклятыми. С тех пор, как донну Луизу прокляла любовница дона Марко Фальцоне за то, что Луиза силой заставила ее сделать аборт. Дон Марко не вмешался, и она при всех прокляла весь род Фальцоне до седьмого колена.
После этого Риццо родился больным, донна Луиза не смогла выносить больше ни одного ребенка. Все ее беременности заканчивались выкидышами.
И вот туда меня хотят отдать в жены? Восстановить этот прóклятый род?
— Все изменилось, Вивиана, — пробует успокоить меня Кьяра, — сейчас другие времена. Вражда с Джардино сошла не нет. Там уже не с кем воевать. У Фальцоне совсем не осталось мужчин кроме Риццо. Те капо, которые сейчас у донны Луизы, больше тянут на фермеров. Ее спасают только земли, которые принадлежат фамилье. Земли и связи. Она по-прежнему имеет влияние, хоть дона Марко уже нет. Я слышала, наши надеются, что ты ее заменишь.
— Я? Но я не хочу!
— Разве нас когда-то кто-то спрашивал, Вив? — Кьяра картинно вздыхает, и мне в этих вздохах все больше и больше слышится фальшь.
— Я пойду поговорю с доном, — решительно разворачиваюсь. — Феликс не такой, как был старый дон. Я ему объясню...
— Не смей к нему ходить! — неожиданно взвивается Кьяра. Она явно злится и даже ногой топает. — Что ты ему собралась объяснять, Вивиана? Что синьор Сальваторе мечтал вас поженить? Предложишь ему себя? Ты хоть представляешь, что сейчас творится во всех семьях, где есть подходящие по возрасту невесты для дона Феликса? Все одержимы желанием породниться с Ди Стефано. А девчонки спят и видят, чтобы выйти за него замуж. Он же красавчик, наш дон.