Я как-то видел чисто-белого кота с большими голубыми глазами, тот, видимо, тоже был альбинос.
Она притягивала смотреть на неё, рассматривать как что-то неземное, потому что она одна такая, на весь город. За всю жизнь ни разу не видел в наших краях альбиносов.
Интересно — это больные люди? Может, они живут недолго? Было бы печально. В этой девчонке столько силы, желания жить, спасать себя и всех вокруг, боец за справедливость и правду.
-И что на тебя всегда все так пялиться, рассматривают? Это вообще болезнь? — меня стал волновать этот вопрос, не знаю, опасна ли эта хрень, но что это сильно привлекает к себе внимание — это точно.
-Альбинизм не болезнь, это аномалия. Это просто такие люди. Другие. У альбиносов нет клеток с краской, меланина. Если совсем нет меланина, то это полный альбинизм. У таких людей и глаза прозрачные. У меня есть меланин, но не везде. Нет цвета в волосах, и кожа бледнее, но не совсем белая. Папа говорит, что я маленькая копия мамы. Он называл ее инопланетянкой.
-Твоя мать тоже альбинос?
-Да. Но она давно уехала от нас. Навсегда. Папа шутит, что она просто улетела домой к своим. Говорят, с возрастом меланина может стать больше, и мои волосы станут цветные, как у обычного человека. У мамы так было, — она как-то по-взрослому зыркнула в сторону Юльки и добавила, смущаясь глядеть мне в глаза, что забавляло меня, такой ребенок, а уже знает женские штучки. - У меня папа строгий, он милиционер, он не разрешает красить волосы, а я бы покрасила, чтобы быть как все, чтобы не быть такой странной и некрасивой.
-Кто сказал эту чушь? Да, ты необычная девка, но в этом твоя фишка. Ты крутая. Живи и расти с этой мыслью, поняла?
Приехала скорая, осмотрела пацана, проверили температуру, сделали какой-то укол.
Малая подняла рюкзак и надела на плечи, рукава слегка задрались, и я увидел нехилую рану на ее руке с запекшейся кровью. Твою мать.
Подошел ближе и взял ее руку, разглядывая не очень глубокую, но достаточно существенную, чтобы ее не заметить. Ей наверняка было очень больно, и скорей всего и сейчас болит. Свежая, но кровь уже успела запечься.
-Откуда это?
Заметил, как девчонка вдруг затряслась и опустила глаза в пол.
-Говори правду, если соврешь, увижу. Это ведь не сейчас? Пару часов назад. В школе?
Молчит. Партизанка, мать твою. Кого-то выгораживает? Если бы сама, случайно, сразу бы призналась, а тут умолкла и краской залилась.
-Тебя ударили? – начал злится, сжав зубы, сложил руки в кулаки, девчонка все заметила, затряслась еще больше. – Ну? Говори.
Девочка мотнула головой, зажав губы.
-Меня папа защитит. Спасибо…Дима, — призналась, значит, точно обидели, ударили, толкнули что угодно. Блин, она ведь совсем ребенок. И девочка.
-Назови мне имя, малая, одно имя и больше тебя никто не обидит.
Но мелкая только сильнее сжала губы и, кажется, готова уже расплакаться. Ладно, давить на нее больше нельзя было. Я попросил медсестру из скорой обработай рану и забинтовать. А в это время попытался сменить тему.
-Тебе сколько лет, малая?
-Пятнадцать.
-Пятнадцать… а рассуждаешь как-то по-взрослому.
-Мне многие так говорят, — девчушка улыбнулась, обстановка разрядилась, — Вы очень добрый... а тетенька ваша злая.
-Ооо, она вообще хищная кошка, — оскалился в улыбке, взглянув на Юльку, вспомнив, как она эротично стонала и просила еще, на заднем сиденье тачки, перед тем как мы выехали и оказались здесь. - Взрослые тетки все такие, вырастешь сама такой же станешь, поймешь.
Белокурая девчушка закусила губу и посмотрела на меня, заглянув в глаза на секунду.
-Я никогда не буду злой и говорить другим гадости. А вы это... вам высохнуть нужно, а то будете кашлять и болеть.
-Не переживай за меня мелкая, меня зараза не берет, — я улыбнулся и поднялся в полный рост.
-Вы супермен?
Я засмеялся, не отрывая глаз от девочки.
-Думаю, нет. Но, может, я им ещё стану... когда-нибудь.
-Вы прыгнули в реку, как супермен, и спасли мальчика.