По спине пробежал холодок от представляемой картины. Папа словно описывал другого человека. Любого другого, но только не Диму Морозова. У меня не укладывается в голове, что мой супергерой на такое способен. Не склеивается, не срастается.
-Если бы это сделал Дима, то его ведь посадили бы в тюрьму?
-Да, если бы парень не пошел на попятную. Сначала он сказал, что это был Морозов младший, но, когда отец навестил беднягу, тот пошёл в отказ, и ни в какую не хочет признаваться, кто его избил. А я было успел обрадоваться, что наконец этого гавнюка закрою, вместе с его шайкой. Что там в тюрьме его научат жизни. Но парень резко отказался от всяких претензий к Морозову. Ясно, что прокурор хорошо заплатил за отказ от показаний против его сыночка. Теперь парень утверждает, что плохо разглядел и уже не уверен, что это был Морозов. Он отказался от выдвинутых обвинений. Он вообще отказался от показаний и любых претензий, говорит, сам во всем виноват. Так или иначе, оснований для ареста у нас нет, пока покалеченный парень молчит. А его родители купили небольшой, но новый дом за городом. Совпадение? Очень сомневаюсь. Морозовы в очередной раз откупились. И от этого страшно. Что в нашем городе есть преступники, которые творят все, что им вздумается, а наказания за это не несут, имея власть и деньги. И знаешь, за что его избил Морозов младший до полусмерти?
- Может, он защищал кого-то?
-Бедняга неудачно прошёл мимо Морозова и задел его плечом, в ночном клубе. Но Морозов ведь у нас такой крутой перец на районе! Решил устроить показательную казнь, ни за что.
От этих разговоров меня потряхивало. Мой мозг отказывался верить, что Дима плохой и жестокий. Папа наверняка не знает всех подробностей, что случилось в ночном клубе и просто…просто он сильно зол на Диму и винит его во всех смертных грехах.
-Ладно, я пошла делать уроки, папочка, — я поднялась и поцеловала отца в щеку, желая сейчас одного — закончить этот ужасный разговор про Диму, где мой супергерой неизбежно превращается в монстра, — Позовешь к ужину.
-Дочка, пообещай, если Морозов подойдёт к тебе, ты сразу об этом мне скажешь, — отец тяжело вздохнул, будто собирался с мыслями. -Не думал, что это так быстро настанет, что ты так быстро вырастешь. Ты кажешься такой взрослой, но тебе всего пятнадцать! А уже начинают подкатывать подонки, типа Морозова!
-Не волнуйся только. Хорошо? Он не приставал. А если подойдет, я обязательно расскажу. Ты знаешь, я всегда все тебе рассказываю. Ты ведь нам с Леной и папочка, и мамочка.
- Я люблю тебя, дочка, — отец прижал меня к груди и поцеловал в макушку, — Если с тобой или Леной что-то случится, я жить не смогу. Мои дочки свяжут свою жизнь только с достойными людьми.
А я уж было успела размечтаться и нарисовать будущее, где буду женой самого красивого и храброго парня — Димы Морозова. Еще час назад, я прыгала на кровати под песню, громко подпевая солистке.
После сегодняшней встречи с Димой во мне все ликовало, я почувствовала себя уверенней. Я не могла поверить, что он плохой. Дима Морозов не мог быть бандитом, после того, что я видела.
Но ослушаться папу я не могла и смирилась с мыслью, что, возможно, больше его никогда не увижу. А думать о нем мне никто не сможет запретить. Ведь мои мечты никому не причинят вреда?
Я не могла уснуть, ворочалась в постели и словно на повторе вспоминала красивые карие глаза, сильное мужское тело. Я встала с кровати, включила ночник, сестра спала, а я села за стол и взяла в руку карандаш. По выходным я ходила еще в художественную школу, и учителя говорили отцу, что у меня неплохо получается. Папа занимал наше с сестрой время максимально, чтобы не оставалось свободного времени. Папа убежден, когда у ребенка есть свободное время, он начинает заниматься глупостями. Я не согласна с ним в этом, но спорить с ним было бесполезно.
Все-таки он наш отец, и мы с Леной его неукоснительно слушались. Папа днями напролет пропадал на своей работе, и нас нужно было куда-то пристроить, на различные секции и кружки, чтобы мы, как говорит папа, «нигде по улицам не болтались».
В общем, в семье у нас царил патриархат и суровая дисциплина. Дружить с мальчиками и ходить к кому-либо в гости без предварительного согласия отца, было запрещено. Почти монастырь для юных девиц.