- Не любишь целоваться?
- Теперь поняла, что люблю.
- Теперь?
- До тебя меня никто не целовал, - прямо призналась, замечая, как от её слов расширяются серые глаза парня.
= 7 =
Глава 7
Сказать, что Игната удивили её слова, это ничего не сказать. Мог бы подумать, что девочка лжёт, но она сказала это так просто и невинно, открыто, не задумываясь, как само собой разумеющийся факт.
Он ей верил. Знал, что девчонка говорит правду. Но эта правда его просто добила. Девочка оказалась гораздо более невинной, чем он полагал несколько минут назад.
Что она делала в том баре? Одна.
Понятно ведь, что у девчонки что – то случилось. Просто так такие, как она не кидаются в объятия незнакомцев, ещё и готовые на всё и сразу. Игнат по опыту знал, что в таких случаях людьми движет страх и отчаяние, которые они, порой, сами же и отрицают.
И хорошо, что на её пути встретился именно он, а не какой – нибудь мужлан, который запросто мог обидеть её.
Игнат хотел спросить у неё многое, но не мог. Девичьи бёдра с такой страстью прижимались к его торсу, что все здравые мысли выветривались, оставляя место лишь для похоти и желания сделать её своей.
Амина потянулась к его губам, обнимая за шею, лишая остатков самообладания. Игнат впился в её губы, толкаясь членом в лоно.
На этот раз осторожно, но, кажется, она сама желала более активных действий с его стороны. Заёрзала, стремясь слиться с ним как можно сильнее, плотнее, вобрать его до конца.
Амина прикрыла глаза, впитывая в себя нежность его прикосновений и поцелуев, вслушиваясь в тихие нежные слова, которые он говорил между поцелуями.
Хриплый мужской голос звучал так обволакивающе, так искренне, она забывала саму себя рядом с ним и ни о чём не думала. В этот момент не существовало ни отчима, ни жениха, ни проблем.
Только она и этот мужчина.
Давно никто её так не ласкал и так нежно не обнимал. За последние пять лет Амина видела одну лишь грубость, упрёки и получала затрещины.
За одну эту сокрушающую нежность Амина до слёз была благодарна незнакомцу.
Амина жадно отвечала на поцелуи, плавясь под водопадом той ласки, которую Игнат весьма умело обрушил на неё.
- Хорошо, девочка, - тихо прошептал он, наслаждаясь девушкой, провёл носом по нежной шейке, чувствуя дрожь девичьего тела, улавливая на ней собственный запах, что раздувало его самодовольство.
Так и должно быть.
Сейчас она его.
И если и будет на ней чей - то запах, то лишь его собственный.
А после…
Думать о том, что будет после, Игнат не мог, сейчас тем более.
- Ты такая сладкая, красивая, Вкусняшка, - снова услышала его тихий шёпот у самого уха, - словно создана для меня, так бы и съел всю, без остатка, - говорил, оставляя обжигающие поцелуи на шее.
Игнат посмотрел в глубокие карие глаза девчонки, подмечая на дне их тёмной бездны недоверие.
- Вкусняшка, я не обижу тебя. Никогда.
- Никогда не давай обещания, - тихо ответила, - не разбрасывайся ими. Ведь не всегда их можно сдержать, в жизни бывает всякое, - горечь, прозвучавшую в голосе девочки не заметить было нельзя.
- Я не даю обещаний, которых не могу исполнить.
- Как знать! – выдохнула.
Амина замирала в его сильных и таких умелых руках, слушая, едва дыша, по телу разлилась странная дрожь предвкушения, смешанная со страхом.
Амина всегда была благоразумной девочкой, но вот с этим мужчиной она изменила самой себе. Впрочем, лучше с ним, чем с тем… другим.
Игнат специально прикасался к ней с безграничной нежностью.
Эти едва уловимые мужские прикосновения будоражили все внутренние рецепторы Амины.
Как же с ним хорошо. Невероятно.
Разве так может быть с мужчиной?
Теперь она знает ответ.
Может.
Но надолго ли?
Чего ожидать от будущего девушка уже и сама не знала.
Игнату показалось, или он увидел боль на дне девичьих карих омутов? Но не физическую. У девушки точно ранена душа.
Игнат вжал её в себя, совершая неспешные движения внутри её тела. Она ощутила, как он напрягся, неторопливо лаская руками её плечи, привлекая Амину всё ближе к себе.