— Поедемте со мной, — выпалила Триша.
Руки Элениель замерли над головой, когда она пыталась причесаться. Триша сжала кулаки и залилась краской, но смотрела на нее ясным взглядом.
— Чего?
— Если Вы все равно собираетесь покинуть этот город — поедемте со мной. Прошу Вас. Возможно, с моей стороны наглость просить об этом, но…. Обещаю не быть обузой! Не знаю, почему я в этом уверена, но Рэйген окажет нам хороший прием! И расплатиться с Вами за все те расходы, которые Вы потерпели из-за меня…
— Ты это прекращай, — пригрозила ей Элениель пальцем.
— Что… что прекращать?
— Выкать. И насчет расходов и прочей чуши…. Говорю же: буду тратить деньги того…. Так. Все, я пошла. Я подумаю, — сказала она, когда Триша снова открыла рот.
***
Идея Триши была здравой. И хоть прежде, чем оказаться в Вольных землях, она жила неподалеку от Тунора и не планировала пока возвращаться туда, проблемой это не было. Кроме того, история Триши полна дурно пахнущих моментов, и теперь любопытное нутро девушки жаждало разобраться в этом. В конце концов, уже много месяцев она не сближалась ни с кем настолько, чтобы копаться в их прошлом, потому что ее собственное было опасно для их жизни, но теперь Элениель решила рискнуть. Если все пройдет тихо, Аргас не скоро должен выйти на ее след. Хотя кого она обманывает? Аргас — ищейка, он настоящий ас в этом деле, и то, что он до сих пор не схватил ее — дьявольское везение, но когда-нибудь всему приходит конец….
Она посмотрела на часы, висящие в холле, и ускорилась. Экипаж отправляется через каких-то сорок минут, так что нужно поднажать. С ноткой грусти Элениель посмотрела на небольшую дорожную сумку, и две поменьше. Вот из чего теперь состоит ее жизнь. Интересно, это когда-нибудь изменится?
Она обнаружила Тришу в кресле. Девушка рассматривала какой-то лист бумаги, при этом ее руки дрожали. Не говоря ни слова, она подошла и заглянула ей за плечо. Это был рисунок, и на нем была изображена она…с перерезанным горлом. У Элениель моментально заныло в месте нарисованного пореза.
— Не думала, что настолько тебе не нравлюсь, Триша. Неужели чтобы убить обязательно нужны глубокие раны и пятна крови?
Девушка подскочила от неожиданности, и Лени увидела слезы в ее глазах.
— Почему ты плачешь? Из-за этих художеств?
— Нет, потому что эти мои…художества иногда сбываются! Когда я дорисовала это, я вспомнила, как будучи подростком, нарисовала смерть одного хулигана, и через несколько дней его нашли на побережье с железным штырем в груди! Понимаешь? Кто-то хочет убить тебя!
Не просто кто-то. Элениель снова хмуро посмотрела на рисунок. Возможно, конечно, что это совпадение… но если нет, то у нее большие неприятности.
То, как было перерезано ее горло…вертикальный порез начинался под нижней челюстью и опускался до ключиц. Это, несомненно, его почерк. Совершая самый безрассудный поступок в своей жизни, она понимала, что когда-нибудь ей придется за это ответить, но….Она заставила себя усмехнуться и беспечно пожать плечами.
— Это у тебя на нервной почве воображение разыгралось. Пора выдвигаться.
На Трише уже было надето новое серое пальто по колени с расклешенной юбкой, которое Элениель купила ей на распродаже сразу же, как заказала билеты. Аккуратный черный поясок подчеркивал изящную талию, и сочетался с беретом на ее голове.
— Не знаю, как тебя благодарить за эти вещи, — сказала Триша, бережно проведя рукой по мягкой ткани пальто, когда они уже переходили улицу. — Должно быть, тебе уже надоело, что я каждый раз повторяю "спасибо"…
— Это да.
— …но это так невыразимо удивительно для меня — то, что ты помогаешь мне. Я ведь…
— Давай договоримся: больше ни слова в этом направлении. Я уже говорила, что даже если сюда и явятся по наши души, то хорошо одетые женщины будут идти последними в списке подозреваемых. Главное — благополучно выехать из города. "Так, а вот это, наверное, и наша компания", — сказала Элениель, указывая на четверых человек, оживленно болтавших у обочины. К ним подъехала комфортабельная габаритная карета с крытым местом для багажа на крыше, в который помощники кучера погружали сумки пассажиров.
Она уже собиралась подать сумку помощнику кучера, как вдруг уловила несвойственный этому городу шум и суету. В голову снова зазвенел тревожный звоночек, и она бы и не обратила внимания, да вот только окружающие ее люди ничего не заметили. В отличие от Триши.