Я в первый раз за много лет касался голой попки свой дочери. Когда-то я помогал жене мыть дочерей, но тогда все было целомудренно и невинно, а сейчас под мой ладонью были мягкие булочки ягодиц, который ощутимо отзывались дрожью возбуждения от моих прикосновений.
Не удержавшись, я стал поглаживать указательным пальцем заднюю дырочку Лизы. Девочка извивалась от наслаждения
Тут и Аня вынула мой обслюнявенный член изо рта и точно так же, скинув халатик, развернулась, показав мне и свою попку, на которую положила мою свободную руку. У нее была более вытянутая попа, в отличии от кругленькой ее сестры. Но такая же мягкая и отзывчивая!
Так и стоял я с напряженным стволом между двух привлекательных попок, жамкая их руками. Я то гладил по бархатистой коже, то раздвигал пятерней булочки, выставляя на белый свет сморщенные лепесточки анусов.
Дочки от моих движений рук млели и чувственно вздыхали. Наконец они не выдержали. Мои пальцы ласкали задние отверстия девчат.
— Папулечка…. вставь нам…. пожалуйста! — задыхаясь, сказала Лиза.
— Мы давно хотим почувствовать твой член внутри! — также с придыханием чуть ли не простонала Аня.
— Вы же целку бережете. И к тому же нас мама убьет за это! — уже практически сдаваясь сказал я. Вид вихляющихся юных задничек в полной доступности, хоть и дочерей, разрушит любую плотину нравственности.
— А ты нам в попочки засади, там ты еще не был! — уже практически стонет Лиза и еще больше подняла свою пятую точку, опустив голову вниз.
Немного поколебавшись, все таки не каждый день дочери предлагают свои попы, я осторожно стал вводить указательные пальцы каждой руки в их коричневые колечки. Девочки застонали.
Вопреки опасениям, пальцы довольно хорошо вошли, чем вызвали полувздох-полустон каждой дочери. Да и какая-то смазка чувствовалась, то ли их природная, то ли Аня и Лиза заранее подготовились.
Вставив пальцы, я ощутил судорожные сжатия сфинктеров. Я постарался двигать пальцами в унисон с ответными движениями попок. Бесстыдно выпяченные задницы шли вслед за моими пальцами, не давая полностью покинуть их.
— Папа, ну давай же! — уже не скрываясь, стонет Аня.
— Вставь нам! — вторит Лиза.
Отступать уже было некуда, и я приблизил свою головку к сморщенным лепесткам входа в анал Ани. Я решил начать со старшей дочери!
Головка уперлась в колечко, а потом постепенно стала проникать глубже. Чувствовалось сильное сжатие, почти резь, вокруг навершия моего копья. Аня выгнулась спиной, максимально удобнее предоставив мне доступ к своей сокровенной дырочке. Я видел, как она судорожно сжала рукой простынь, но протеста или стона от нее не было и поэтому я продолжил свое вхождение.
Словно раздвигая льды, мой член ледоколом продвигался внутрь и вскоре почти весь скрылся в глуби. Я остановился, пытаясь запечатлеть в памяти этот прекрасный миг нахождения фаллоса внутри тесного пространства прямой кишки старшей дочери. Это было такое незабываемое чувство кайфа от запредельности и нарушения всех табу, что я мог, казалось, до бесконечности находиться в дырке Ани, даже не двигаясь.
Из скитаний по волнам эйфории меня вывело нетерпеливое покачивание бедер дочери. Видимо она привыкла к ощущению моего члена и требовала продолжения.
Я стал осторожно делать фрикции, в полной мере ощущая сильное сжатие пениса по всей длине. Я словно пробирался сквозь джунгли, прокладывая путь, и чувствовал ответную дрожь стенок на каждый свой толчок.
Лиза рядом все тоже стояла рачко́м, выпятив попку со вставленными моими двумя пальцами и нетерпеливо помахивая ею, ожидая своей очереди. Я не мог долго заставлять ее ждать и, вынув с уже разработанного ануса старшей дочери, стал входить в младшую.
Тут было более туго, чем в предыдущей дырочке. И также пришлось проталкивать, сначала головку, а потом и ствол, раздвигая стенки тесно сжатой пещерки.
Я чувствовал, что буквально насадил младшую дочь на свой стержень, отчего она замерла как бабочка на булавке, изредка трепеща булочками ягодиц. Я проталкивал и проталкивал, по сантиметру, в одном ритме с судорогами попки, чтобы как можно меньше принести боли младшенькой.
И вот через несколько минут, освоившись, начал делать фрикции, доставляя себе невероятное наслаждение от обладания столь податливой попкой ребенка.
Аня стояла рядом и заинтересованно наблюдала за нами, теперь уже широко расставив ножки и самозабвенно лаская свое девичье естество.
Вскоре я уже свободно драл в попу Лизу, с каждым толчком она стонала и еще больше прогибала спину. Но потом я покинул ее и вернулся к уже успевшей закрыться дырочке Ани. Снова не сразу протолкнул головку, но гораздо быстрее, чем в прошлый раз, освоился внутри.