Ярдах в пятидесяти от лавки с книжками-игрушками обнаружилось двухэтажное здание из серого камня, в котором располагалось и полицейское и почтовое отделение. Сет подергал за дверную ручку, но и здесь было закрыто.
— Куда теперь? — вслух спросил он.
Они постояли немного и осмотрелись. По обе стороны главной улицы лавки тянулись и дальше. Но и там свет не горел, а окна глядели мрачно и неприветливо. Мимо, оставляя на заснеженной дороге свежую колею, прогромыхал грузовичок с проржавевшей кабиной, залатанной баночной жестью. Водитель тоже им помахал. Сет и Зоя помахали в ответ и стали смотреть, как он исчезает в заснеженной мгле. Но он не скрылся из виду: уцелевший задний огонь вспыхнул, и грузовичок подрулил к обочине. Прищурившись, они разглядели в снежной пелене, укутавшую весь город, что в одном окне свет все же горит. Водитель вышел из грузовичка и зашел в дом.
— Зайдем? — спросила Зоя, делая неуверенный шаг в ту сторону.
— Почему бы и нет? — согласился Сет. — Похоже, во всей округе это единственное обитаемое место.
Когда они подошли ближе, им открылись огни маленького кафе с пивным залом. Сет и Зоя прибавили шагу. Пока они добирались до грузовичка, его следы на дороге успело замести. Рядом у обочины стояли побитый «мерседес» и совершенно новый «фиат».
Они остановились у заведения с остроконечной двускатной крышей и окнами, забранными косой частой решеткой из темного дерева. Снега на ромбики решетки надуло именно так, как безуспешно имитируют американцы, напыляя аэрозолем на окна пластиковый снег.
В окно было видно, как фермер здоровается с завсегдатаями. Два полицейских в форме сидели за столиком с чашками кофе и стаканами чего-то прозрачного, возможно — шнапса. Так вот почему участок напротив заперт. Еще трое — кряжистые, краснолицые, в альпийских зеленых куртках, — сидели на длинных скамьях за большим столом и пили из кружек.
Кабатчик и пышная дамочка — скорее всего, жена — стояли за стойкой, широко улыбаясь посетителям. Сет и Зоя вошли и сразу попали из морозного заснеженного мира в тепло и уют, где пахло добрым пивом, специями, соленьями и разнообразными колбасками, а главное — людьми, которые сохнут и греются после слякоти и холода снаружи. Все головы сразу повернулись к ним. Сет заметил, что во взглядах не было недружелюбия. Только любопытство. Альт-Аусзее — в самом конце дороги, за городком она переходит в тропу и уводит в холмы, а потом и в горы. Нечасто чужие появляются в сочельник в таких местах.
— Грюсс готт! — произнес Сет традиционное австрийское приветствие.
— Грюсс готт! — ответил ему нестройный хор голосов. Сет и Зоя подошли к стойке. Сет на ходу обратил внимание на морщинистого старика, в одиночестве сидевшего в углу с кружкой пива.
— Могу я вам чем-то помочь? — спросил бармен с тем приятным австрийским акцентом, который делает немецкий язык почти музыкальным.
— Да, если не трудно, — ответил Сет. — Надеюсь, что сможете. Я ищу одного человека. Отца Моргена. — В лице бармена что-то неуловимо изменилось. — Вы его знаете?
— Да, — медленно произнес бармен. — Я знаю его… Я знаю о нем. — Он замолчал.
Сет чувствовал, как взгляды остальных буравят ему спину. Дрогнувшим голосом он спросил:
— Вы… его видели?
Хозяин несколько мгновений серьезно смотрел в лицо Сета, потом рассмеялся:
— Да, видел. — Он ненадолго задумался. — Я был ребенком, когда мы с ним виделись в последний раз. Не думаю, что я видел его после. — Он снова ненадолго задумался. — Это было в последние недели войны.
Сет медленно кивнул и повернулся. Полицейские молча сидели за столиком и смотрели на Сета с той подозрительностью, которую любые служители закона приберегают для чего-то необычного.
— Офицеры, — начал Сет упавшим голосом, — вы не знаете, где я мог бы найти отца Моргена? — Те молча качнули головами. Сет кивнул.
— А где он мог бы остановиться, если бы приехал в Альт-Аусзее? — спросила Зоя у хозяина и его жены.
Они одновременно покачали головами, а мужчина ответил:
— Может, в «Кольбахерхофе», а может, на старом постоялом дворе. — Он кивнул на северную стену своего заведения. — Это в нескольких милях отсюда. Прямо по дороге.
Зоя подождала, но кабатчик явно не собирался больше разговаривать.
— Что ж, — сказала Зоя, — спасибо вам… за информацию.