– Не твоя уже хорошо. Точно не ранена?
Дагария покачала головой и тут же попала в плен его рук: – Ничего, все забудется, обещаю, завтра ты уже все забудешь, все будет хорошо, – он вынимал заколки из волос, распуская прическу, ее тяжелая коса упала ей на спину, а он уже гладил ее по голове успокаивая, а позади него, из комнаты выходили служанки, осторожно закрывая за собой дверь, оставляя их одних.
– Он был моим дедом, и хоть и был тем кто убил родителей, но он же был ее отцом… Почему она его убила? – Дагария никак не могла успокоиться. Араэль прижал ее к себе, отдавая ей свое тепло, гладя по голове, спине, а она цеплялась за него и плакала, усевшись к нему на колени и обнимая за шею, уже мокрая рубашка, даже сквозь куртку.
– Давай принцесса умоемся, а то ты такая грязная, что даже щек уже не видно, – попытался он ее приободрить, но она только отрицательно кивала головой, и вцепившись в его шею, продолжала плакать.
«Понятно. Идем другим путем».
Он поднял ее на руки и отнес в ванну, там поставив перед раковиной, включил воду и опустил ее руки на кафель, заставляя ее самостоятельно смыть кровь Солвана с них, а сам осторожно, чтобы не поранить нежную кожу девушки, расстегивал крохотные пуговицы на ее спине, отводил косу в сторону, чтобы не зацепить и не сделать больно. Дагария умудрилась даже смыть с лица грязь и слезы, когда взглянув на себя в зеркало, опять расплакалась.
«Ну что ж такое? Хорошо, тогда будем действовать по-другому».
– Давай родная, снимай с себя это платье. А насчет того, что ты их убила, так мы сейчас многих убьем, поверь это только начало, – говорил Араэль, поворачивая ее к себе и руками обхватив ее щеки, поцеловал страстно, сразу тараня ее рот языком, давая только сделать вздох и продолжая ее целовать.
Дагария попыталась отстраниться: – Но играть в войну и убивать – это разные вещи, – всхлипывая, проговорила она.
– Знаю, родная, первый раз всегда страшно и потому горько. Но знаешь, мы справимся, вот даже сейчас справимся и все забудем, прямо сейчас все забудем, – Араэль уже срывал с себя куртку, камзол и рубашку, расстегивал брюки, заставляя девушку снять с себя нижнюю сорочку, – Я помогу все забыть как страшный сон, а потом мы вернемся в этот мир, и больше никогда ты не будешь никого убивать, для этого у тебя есть мы, – его поцелуй обжег ее щеку, заставляя ее взглянуть ему в глаза, изумрудные глаза улыбались, в них светилась страсть, любовь и нежность, и Дагария поверила ему, поверила в этот миг и кивнула. Его руки тут же подхватили ее под бедра и заставили обхватить его ногами, прижали ее к мраморной стене, его руки мяли ее ягодицы, увы, там не было мягкости, нежности, сейчас он возьмет ее жестко, подавляя всякую мысль о ее сопротивлении, заставляя кричать от возбуждения и его напора. Она уже подмахивала бедрами сидя у него на руках и уткнувшись в его плечо, умудрилась даже укусить его, чтобы не закричать, а он вбивался в нее, доводя ее до дрожи и судорог, прижимая к себе и к стене, заставляя забыть всю боль последнего дня и вернуться к ним.
Рон стоял напротив Говарда Грана и ждал ответов, а советник молчал, ожидая, что демон представится. Молчание стало невыносимым и первым его нарушил советник.
– Демон в стенах ковена – это нонсенс, – нарушил молчание советник, рассматривая стоящего перед ним мужчину. Кто он? Зачем здесь? Какие дела вел с демонами Солван?
– Демон не только в стенах ковена, он еще и муж владыки ковена, – Рон увидел интерес и продолжил, сразу расставляя приоритеты, – А вот что произошло в совете мне бы хотелось знать.
– Значит муж. Ну что ж, у владыки по закону должно быть трое мужей, так что одного демона мы выдержим.
– Увы, будет только один колдун, и то если мы разрешим. Ведь у владыки два мужа, и один из них эльф, – сейчас Рон уже наслаждался этой беседой, сложив руки на широкой груди. Он только надеялся что с Дагарией все хорошо, иначе он бы уже услышал Араэля, а раз наверху тишина, значит, она жива, остальное сейчас не важно. Сейчас его задача справиться с советником, с ковеном, чтобы понять, что делать завтра.
Говард взмахнул рукой: – Дагария Лагос выросла не в ковене, наших законов не знает, думаю, я прощу ей такой маленький грех как двух мужей.
– Отлично, тогда может посвятите меня в то, что же произошло в совете, что повлекло смерть Солвана Лагос.