– Давай присядем, – он подал ей руку и присел рядом на кровать.
– Зачем? Ты хочешь еще что-то оговорить в соглашении?
– Нет, хочу спросить, – и, видя ее удивленный взгляд, продолжил, – Что ты знаешь о нас?
– Ничего. Вы наемники, все что известно.
Как же ей хотелось, чтобы все это уже закончилось и побыстрее, а глава клана как назло тянул с разговорами. Зачем?
– Я расскажу историю.
Дагария повернула к нему голову и глядя в белые глаза спросила: – Зачем? Мы ведь сюда пришли не ради разговоров.
– Мы пришли пройти обряд брака, но для этого придется меня выслушать, – настаивал Халмак, вставая. Он был красив, но когда он повернулся к ней спиной, она увидела шрамы, крест накрест изуродовавшие его спину.
Дагария кивнула, подавив свой вздох: – Если это необходимо, то да.
– Тогда слушай и не перебивай, – глава клана стоял перед девушкой и говорил, а у Дагарии открывались глаза от удивления и ужаса. Перед ней был мужчина, с такой ранимой душой, и такой длинной жизнью, что стало страшно.
– Тысячи лет назад мы брошенные богами дети, разбились на этой планете, наши корабли не смогли больше подняться в небеса, тысячи лет пролетели для нас как один день, но мы смогли выторговать привилегию у богов. Наш клан всегда делился на два рода, те кто подчиняется правилам и те кто эти правила создает. Ты, наверное, заметила, что есть Халмаки с черным цветом кожи, и есть такие как я – серые. Серые – мы были правящей расой, но остались в меньшинстве, практически из-за нашего эгоизма все и произошло. «Любовь – вот то, что нас спасет от нас самих» – сказали боги. Они не только сказали, они нас изменили, этот облик нам подарили за наши «победы». Но – достаточно полюбить женщину, не важно какого рода и твоя жизнь станет иметь смысл, и будет тот облик, который подарит магия женщины. Увы, боги были жестоки, они даровали за эти тысячи лет всего лишь нескольким из нас эту силу, потому прошу, дай мне обрести ее и помоги обрести ее моим людям, – он опустился перед Дагарией на колени и уткнулся в ее коленки, обнимая ее ноги, пытаясь своими руками дать понять как же он одинок, как же тяжело ему в этот миг.
– Там в лесу я много не поняла, но помню ты сказал, что вы не только убийцы, я правильно поняла твои слова?
– Да, мы лекари, но вы увы редко нанимаете нас для защиты, все больше для нападения, потому и слава о нас слывет именно как убийц. Прости меня, если я тебе противен, мы можем этого не делать. Я помогу так, без обязательств, – он рывков встал, оторвавшись от нее, и поднял голову вверх, пытаясь там найти все ответы.
Дагария поднялась с мягкой кровати, так легче было говорить, смотря на этого смущенного, одинокого и такого ранимого мужчину: – Мой учитель говорил, что он один остался на этой планете, но теперь я понимаю почему он так сказал, он выбрал другой путь, но этот путь был так же одинок, как и ваш. Я должна отдать должное ему и вернуть долг его роду. Я согласна и нет, ты мне не противен. Я хочу дать тебе шанс, и может это будет очень эгоистично с моей стороны, но я его дам тебе, и постараюсь справиться со всем этим в будущем.
В ту же секунду она потонула в его поцелуе, страстном, жадном, горячем, чтобы не упасть от такого напора, она ухватилась за его шею, привлекая его к себе, успокаивая и отвечая на его требования, а его язык уже таранил ее рот, пробегая по ее зубам, по ее небу, сцепился с ее язычком, вызывая у нее стоны и сладкую истому внизу живота, а его руки, нежно, стараясь когтями не поцарапать нежную кожу девушки, прошлись по ее спине, лопаткам, и почти срывая с нее полотенце, спустились к ее ягодицам. Когда он подхватил ее под бедра и заставил обхватить его бедра своими ногами, она ахнула, рывок и ее прижали к стене и теперь нежно покусывали шею, ключицу, перешли к мочке уха и виску, а его руки, разминали ее спину, нежно проводя по позвонку и гладя ягодицы. А потом ее понесли на кровать, уложили и продолжили целовать, нежно прикусывая кожу, и вызывая этим желание и стоны, почти переходящие на крик. Когда ее бедра развели, а его язык ворвался в ее лоно, она уже кричала от желания, а он крепко держал ее не давая сбежать, спрятаться или попытаться сдвинуть ноги, он таранил ее лоно языком, слизывал смазку и сосал пуговку, нежно целовал и прикусывал лепестки, а на кровати металась девушка, вцепившись в спинку кровати, пытаясь совладать с тем, что сейчас он подведет ее к пику и она выльется ему прямо в рот, но мужчина как знал, что пора принять другую позу. Он резко остановился и девушка застонала: – Нет.