– А вы что уже проснулись? – попыталась призвать к здравому смыслу двух мужчин, а вот третий был в опасной близости, увы, не здесь, ее ноги уже разводили в стороны и пальцы, продолжили массировать уже ее лепестки, вызвав у нее стон и желание спать отбили напрочь.
– Не дергайся, – прорычал ей в губы Рон, целуя ее в щеку.
– Это почему? – она как раз и дернулась, пытаясь отвернуться от его губ, а где-то внизу кровати послышался стон.
– Ты там жив? – голос Араэля слышался где-то слева от ее уха, а вокруг разливалась ночь, тихая и безмятежная. Ему ответила тишина и стон уже Дагарии, которая пыталась успокоить свое тело и желание, а вот Ирон как раз не давал этого сделать, целуя ее лепестки и лобок, целуя и прикусывая ее нежную кожу. Дагария уплывала от его ласки куда-то далеко. Надеясь что в недра кровати, а ласки Рона и Араэля стали более настойчивыми, требовательными.
– Скажи, а ты теперь всегда будешь голышком спать ложиться? – спросил Араэль, смакуя ее сосок.
– Я не помню, – ее стон потонул в поцелуях Рона, а Ирон уже входил в нее, не давая даже секунду на привыкание, вколачиваясь и заставляя ее тело дрожать от возбуждения и желания. Когда он поменялся с Роном, она не поняла, но сейчас уже стонала под натиском его любви, изгибаясь и целуя демона, сидя у него на коленях.
– Помни, она не любит в попку, – прошептал Араэль, выводя поцелуи на ее спине.
– Отлично, тогда ты следующий, – Рон словил ее крик, и аккуратно положил Дагарию на подушку. Араэль перевернул ее на живот и массируя ее спину и ягодицы, нежно вошел в нее до конца, а девушка уткнулась в подушку и закричала, заглушив ею свой крик, от нахлынувшего удовольствия. Ирон нежно проводил костяшками пальцев по ее спине, вызывая у нее мурашки, а Рон целовал лопатки, плечи, сжимая ее пальчики своими, переплетая их и целуя каждый в отдельности.
А замок спал, ну не считая конечно комнаты, где почти так же целовали Мальону, но не будем мешать новобрачным.
Утром Дагария смогла увидеть, как спят мужчины, обнимая друг друга. Так как Рон спал, раскинув руки и ноги, то сейчас она находилась в плену, из которого она жутко хотела вылезти.
«Ужиком, ужиком и вылезу».
Девушка встала и открыла рот от удивления. Араэль и Ирон, сплелись телами и спали на кровати, как раз на другой половине, а так как все остались как мать родила, после ночи любви, то между ними была только простынь. Но какие же красивые были ее мужчины, крепкое телосложение, прекрасная мускулатура, на белоснежных простынях смотрелись они шикарно, голые, и такие сейчас невинные.
«Ух, ты! А так тоже можно?» – она покачала головой, рассматривая спящих мужчин и решив, что такое привидится только после выпитого вина и бессонной ночи, испарилась в ванну, – «Зато я теперь знаю, как можно вчетвером заниматься любовью».
Дагария вышла из комнаты, и тихонько закрыв дверь, двинулась по коридору, мягко ступая в любимых теплых тапочках, ее теплый черный меховой халат обволакивал ее голое тело и холодил кожу.
«Ну что есть, то есть, иначе бы всех разбудила».
Она шла в кабинет, в этом кабинете сейчас она знала точно, как и всегда в последние дни, с самого раннего утра сидит Говард Гран, ее советник, и даже вчерашний праздник не мог его остановить. Говард действительно сидел в глубоком кресле Солвана и разбирал отчеты, а их собралось много за последние дни. Когда в комнату вошла Дагария, он встал и подав ей руку помог присесть на диван, сам сев рядом.