– Да ты, кажется, на войну собралась, – удивлению Бьянки не было предела, – Так, давай я с тобой пойду, просто постою в сторонке, влезать в ваш разговор не буду, – девушка стала собираться, но Дария была неумолима.
– Нет, если со мной что-то случится, ректор знает с кем я ушла на встречу. Со мной все будет хорошо, я уже не та девочка, которая сюда пришла, да и меня бесит вся эта ситуация, мне нужно с ним встретиться, – Дария подхватила меховой черный плащ и выскочила из комнаты.
– И все-таки пойду хоть подгляжу глазком, – натягивая на себя тоже черный плащ с капюшоном, задумчиво проговорила Бьянка.
Дария пришла ровно в назначенный срок и направилась к одиноко стоящей фигуре около скамейки в самом центре парка. Перед ней был высокий мужчина в черном длинном меховом плаще, руки сложены за спиной, взгляд надменный и немного грустный.
– Добрый вечер.
– Если не шутишь, – ответил Эрик, смотря в черные глаза, в которых видел себя и луну, – Зачем позвала?
– Хочу спросить кое-что и не хотелось лишних глаз.
– Спрашивай. Хотя не факт, что я отвечу.
– Наш брак – это все правда?
– Брак? Да. Отец уже договорился о нашей свадьбе с твоим дедом. Договор между нашими семьями будет заключен на зимние праздники.
– И ты этого хочешь?
– А меня кто спросил? – молодой колдун фыркнул.
– Понятно, – она смотрела в карие глаза и думала, как же судьба неровно делит, вот перед ней стоит красивый молодой человек, с такой же сложной судьбой, как и у нее, – И что будешь делать?
Эрик зло посмотрел на девушку, под светом небесного светила она была прекрасна, черные волосы отливали серебром, черный плащ с мехом укрывал ее тонкую шею, бронзовая кожа светилась будто изнутри, а глаза, в которых плескалась тьма, были прекрасны, если сравнивать ее с принцессой, то эти две девушки и рядом не стояли: – Ты появилась совсем не во время в академии.
Дария вспыхнула: – Еще меня обвини, что я вообще родилась?
– Могу. Вот если бы ты пропала, исчезла из моего мира, мне жилось бы совсем неплохо, – сказал, как выплюнул, а Дарию даже передернуло от отвращения.
– Знаешь я тоже не в восторге от всего со мной происходящего, но исчезать я точно не намерена. Замуж за тебя я не выйду, так что можешь не волноваться. Своему отцу так и передай, да и сам уясни, что лучше нам держаться подальше друг от друга. А с дедом я разберусь сама.
– Зачем тогда позвала, чтобы это сказать?
– Да. Лучше нам больше вообще не пересекаться. Прощай.
– Не больно то и хотелось, – огрызнулся колдун и отвернулся от нее, сжимая от злости на себя кулаки.
Дария шла к академии и вспоминала эту встречу. Молодой человек был красив, но холоден, на его лице не дрогнул ни один мускул когда он говорил с ней, он был воплощением спокойствия, ледяного спокойствия.
«Красив и надменен, эгоист до мозга костей. И зачем мне такой муж? Хорошо, что разговор состоялся, теперь я знаю его и он знает меня, а остальное решу потом».
Эрик стоял и смотрел вслед уходящей девушки и вспоминал свои действия за последние месяцы, все ее сложности к которым он приложил руку, все планы, которые он составил, чтобы усложнить ей жизнь. И что в итоге? Ничего. Она сама его прогнала, сама отказала в браке с ним, показав его слабость, его никчемность, и свою силу, силу своего решения, силу своей свободы. Ему хотелось выть от бессилия, от злости на самого себя. Что он выиграл этим противостоянием? Он все потерял. Все эти месяцы во снах он грезил черноволосой девушкой, ее пухлыми губами, ее глазами в которых плескалась тьма и ее смехом, от которого у него сводило грудь сладкой истомой.
«Да что со мной? Я ее почти убил, заставил пройти через столько неприятностей, и в итоге, получил то, что хочу слышать ее голос, видеть ее улыбку. Я ревную ее к каждому, кто мимо нее проходит, и ночами грежу: как буду целовать ее, ласкать ее тело и она улыбнется мне. А что получил – ее презрение. Все должно было быть не так. Отец прав – я дурак. Я согласен быть слабым, лишь бы не видеть в ее глазах презрение».