- Скорее! Прикрой свои сиськи и бежим. Я отведу тебя подальше отсюда.
Уговаривать меня нужды не было. Мы ринулись в петляющие переулки. Напоследок я не удержалась и взглянула на драку.Из разбитых лиц в пыль падали капли крови, то и дело слышался характерный хруст , ломающихся костей., лопались мягкие ткани, как перезрелые фрукты. Орденоносцы дрались как и подобает рыцарям, по- спортивному , благородно и даже красиво. " Палачи" закаленные в уличных драках как всегда лютовали. Их было много, намного больше, чем пришлых, к тому же они защищали свою территорию. Победа будет на их стороне. Продавец Дисков грациозно махал руками, но все равно получал в два раза больше, как и все те, кто смеялся на его позором, а сейчас сражался с ним бок о бок в этой бессмысленной разборке. Бессмысленным ее делал не перевес в численности среди "палачей", а то что учитель из-за которого они сражались сейчас, который привел их на этот уличный бой, кто внушал им собственные идеи, за которые они пострадают сейчас - их наставник бесследно исчез. Да и мое присутствие здесь тоже было лишним .и Иван поторопился увести меня от шальных кулаков как можно скорее.
Прим 1 «Баффи» и « Ривердейл» - молодежные сериалы от компании «Нефликс»
Прим 2 « ремондис» - часто употребляемое в быту название мусорных баков.
Прим 3 «стоп – слово» в сексуальной культуре БДСМ заранее обговоренное слово при произнесении которого сеанс прекращается.
Прим 4 алекситимия – редкое заболевание при котором человек не испытывает эмоций и не может их отождествлять в других людях.
Прим 5 Син – Месопотамский бог Луны. Он же Нанна Суэн и Магур. Его супруга – Нингаль . по одной из версий – Нергал, Инанна и Ламашту были его детьми. По другой версии отец Нергала – бог воды Энки(Эйа)
Прим 6 Волоокая супруга Нергала – Эрешкигаль, богиня Подземного мира Мертвых.
Прим 7 « канушены» - фирма , производящая женские туфли. Преимущественно известна в России.
Глава 8
Глава 8
Шаркарун потерял терпение. Ну, а может быть, просто испугался. Но я все равно была уверена в том, что попадая в рисковые ситуации и не желая соблюдать его предостережения , а также прямые приказы .навлекла-таки на себя его недовольство. Столетия установленного порядка и четко выверенная таинственность оказались под угрозой. Спокойствию Культа пришел конец. А наш Владыка , увы терял над всем этим контроль.Кто-то должен был быть тому причиной, почему не я.
Меня заперли в Обители. Братья выделили мне на время проживания скромную келью, снабженную нехитрой мебелью. Однако вся эта мебель: кровать, стол и стул отличались от той, что могла бы оказаться в комнате православного монастыря - дороговизной и шиком. В моем временном жилище, к сожалению не было бара, как в покоях Владыки, но пользоваться местным винным погребом. мне никто не запрещал. Вынужденное одиночество часто требовало от меня возлияний, особенно долгими скучными вечерами. И кстати, у меня был камин. Но я не так любила греться в облаках дымящих и тлеющих бревен как Владыка, хотя в отличии от него могла любоваться пламенем, чтобы мучить еще и этим свое объятое жаром тело. Я им не пользовалась. Пищу я могла, как готовить, так и просто забирать на кухне. О. я и не подозревала, что живущие в Обители пользовались всеми достижениями современного мира, и ,именно здесь, техника была самая новейшая: от барной кофемашины до сверхмощной печи, не говоря уже о посудомоечной машинке, мультиварке и целого арсенала бытовых приборов. Продуктов здесь всегда было с избытком , их доставляли ко входу туристической базы курьеры из любых магазинов Балхаша, а готовую еду из лучших в городе ресторанов. Мне полюбилась эта мраморная черно-белая мечта любой хозяйки, и первое время я очень много времени проводила здесь, развлекая себя готовкой разнообразных блюд. Но у меня самой почти не было аппетита, а большинство братьев, из тех, кто постоянно жил в Обители предпочитали ресторанную еду или фастфуд. Почти все они могли свободно выходить на поверхность и проводили там большую часть своего времени, кто-то учился, кто-то даже работал и только непосредственные дела Культа, церемонии или служения могли задержать их в Пещерах. Так что вскоре я тоже перешла на готовые блюда и потеряла интерес к экспериментам по кулинарии. Те немногие , что практически не покидал обитель - несли Обет Послушания: они ни с кем не разговаривали, молились в храмовых залах и мастурбировали во славу Матери нашей. Общаться с ними мне было не о чем. Ну а Владыка на меня злился и откровенно игнорировал, поэтому я сама не стремилась попадаться ему на глаза. Ни Сабрина, ни Иван не обязаны были разделять мою участь и особо не хотели этого делать.Тем более, что на плечи подруги легло бремя заботы о нашем бизнесе. Магазин требовал постоянного ее присутствия. Ну и у Ивана были определенные обязанности в криминальной структуре из которой навсегда не уходит никто. Навещали они меня не так часто приносили новости, необходимые мне вещи и книги, а потом с чувством выполненного долга возвращались к жизни наверху. Я же изнывала от скуки. Мне не хватало так многого, от простого общения , до свежего воздуха. которым дышишь полной грудью, не замечая и оттого не знаешь его ценности. Так в мою жизнь основательно вошел еще один человек - Генри.
Генриеттой ее назвала мать, большая поклонница французских романов эпохи Людовика 13. Только сама Герниетта знала, что причиной ее появления на свет был не заехавший на один вечер сборщик мебели, с которым ее мать опробовала новую кровать , а Герцог де Бувье так часто посещавший последнюю во снах. Девочка не оправдала надежд своей матери, не стала утонченной леди. Ей повезло меньше других, она росла "безотцовщиной", но все равно дружила исключительно с мальчишками и была всегда в гуще уличных драк и разборок. Имя свое она терпеть не могла и потому еще в детстве откликалась только на сокращенное, бесполое имя - Генри.В добавок ко всему она изо всех сил старалась ему соответствовать : не носила платья , коротко стриглась и гоняла на мотоциклах как заправский гонщик. Она не хотела ни выходить замуж, ни иметь детей, ни любить мужчин - вовсе., но Голод превратив в одночасье мужененавистницу в охотницу за плотским удовольствием поставил жирный крест на всех ее планах. Сейчас ей примерно 35 лет. За все эти годы ей удалось избежать, пожалуй, лишь одного, влияния Инанны. Она никогда не влюблялась ( во всяком случае я так думала). Казалось бы , ей было проще не пытаться построить отношения и без проклятия лилиту Мужчин она не воспринимала вовсе. А с тех пор как голод вынудил ее "охотиться" и питаться она их возненавидела всей душой. можно сказать . что в некоторой степени она разделяла мое убеждение в том, что голод - это некий способ самоизнасилования. Но не только это так сблизило нас теперь.
Что же касается женщин . так здесь Генри была еще более нетерпима и считала всех представительниц слабого пола глупыми созданиями, а сестер , живущих похотью и развратом вовсе презирала. Поэтому никто и никогда не мог бы уличить Генри в принадлежности к нетрадиционной ориентации. Кто бы мог подумать, что такие наклонности у нее все- таки были.И все же мне она импонировала. Грубоватая, колючая , непримиримая она мне нравилась именно этим. Отсутствие в ней жеманности,притворства и самолюбования просто не могли не восхищать. Но до тех пор ,пока мы не оказались невольными близкими соседями в Обители подругами мы не были.
Так вышло , что знакома с Генри я была давно. Мы учились в одной школе. Еще в ту пору , когда моя семья только еще подумывала отправиться в Россию, поближе к ее столице я жила в городе Кустанае. Здесь я отучилась всю начальную школу: - с первый по пятый класс , а также шестой и седьмой - начало подросткового максимализма и пубертата. Последние пару лет мы просидели с ней за одной партой. В детстве я была робкой , молчаливой и замкнутой . Дать отпор не способна была вовсе. А Генри как настоящая пацанка, имеющая склонности к самоутверждению и хулиганским выходкам именно меня выбрала объектом издевательств. Ничего такого ужасного она со мной не сделала. Вся ее травля заключалась в мелких пакостях, таких как испорченные тайком тетради, подножках и насмешках. но даже это невероятно задевало мою гордость и надо сказать ей удалось превратить мое детство в кошмар о котором вспоминать не хочется.