И опять что-то явно не смертельное. Не удалось ранить и девчонку.
— Ты чего подставляешься? — зарычал совершенно не по-ребячьи мальчишка. — Беги, дура.
Но последнее было уже излишним. Бежать действительно пора. Один из противников превратился в медведя, похоже, собираясь защищать чертовых охотников. Упырь рванув, заметив, как на месте, где только что стоял ударила молния. Очухались, похоже, все.
Не отпуская оружие, а, вдруг, еще пригодится, упырь побежал в лес. Там леший строгий, нечисти (медведю и самому упырю) вряд ли мешать станет, а вот остальным достанется, если что.
По крайней мере, только на это и надежда. Убегая, упырь заметил, как хрупкая фигура девушки скрылась за кустами неподалеку. Испугалась-таки. Ну, или медведя послушалась.
Охотники отстали быстро, а вот мальчишка чувствовал себя прекрасно в лесу, только похоже сил у него мало. Упырю-то что, его тело мертво, а, похоже, существует и иная нечисть. Уставал медведь вполне… по-медвежьи. Пена у рта, еще и почему-то ростом уменьшился, но все не отставал. Это и знание леса помогло упырю скрыться.
Но совсем уходить он не собирался, от подземников-то не скрыться. Зная, что за ним следят, привел их к тому месту, что упырю и нужно было. К сожалению, охотники не стали разделяться. Даже медведь шел с ними, снова превратившись в человека. Только теперь выглядел еще младше. Лет на одиннадцать.
В этот раз умерший был уверен, что справится. Даже если промахнется, рванет вправо, где стоит медвежий капкан. Сам устанавливал, как раз на случай погони. Хотя, конечно, именно на медведя не рассчитывал. И привел бы он того туда, да преследователь выдохся раньше. Леший же пока молчал, на него надежда оказалась тщетной. Ну ничего. Чуть дальше еще один капкан есть, а убить упыря окончательно — это сложная задача. С какими только тот жертвами не сталкивался. И нож в живот получал, и газовым баллончиком в глаза, а хоть бы хны.
Охотники снова собрались вместе, только девчонка среди них так и не объявилась.
Упырь поднял пистолет, надеясь, что с такого расстояния не промахнется. Самый быстрый из них, уже выдохся. С тремя мужичками, один из которых старик — уж точно справится. Кажется, понял это и сам дедуля. Вот только упыря сбили с толку смирение да надежда, которые отразились в его взгляде на дуло пистолета. А вот, когда он перевел оружие на одного из его коллег, наконец-то появился испуг.
Когда упырь уже нажимал на курок, он ощутил нечто более важное и сильное. Скорую свою смерть, так зовет его место упокоения перед рассветом. Но утро-то еще не скоро. Только как сопротивляться страху собственной смерти? Спасать свой гроб — это у упырей на уровне инстинктов. Пока думал, уже отбросил пистолет и бежал в сторону кладбища.
Рядом с местом, из которого он в полночь вылез, прямо рядом с его крестом, тряслась ведьмочка. Та самая, которая якобы убежала в испуге. А сама, сучка, мак рассыпала на его землю. И ведь не вернуться ему в гроб, пока весь его не соберет и не уберет. Успеть бы до рассвета. Потому что, если не успеет слечь ранее — умрет повторно, уже навсегда.
Упырь собирал маковые росинки, понимая, что не успеет. И даже если мак соберет — охотники не постесняются раскопать и убить пока не бегает. Но смерть его настигла еще раньше.
Тот самый шкаф, похожий на былинного богатыря, воткнул ему в его склоненную спину кол. Затем повернул и уложил на спину, насмехаясь над бегающими глазами упыря.
— Он еще жив? — робко спросила ведьмочка. Вот удивительная, про мак она знает, а про осиновый кол — нет? Она вообще что ли фильмов не смотрит? Упырь догадывался об этом способе еще будучи живым.
— Да, но пошевелиться не сможет, пока кол в нем. А сдохнет сразу, как рассвет появится.
— А какие еще способы убийства упырей есть? — спросил Олег.
— Ты ж говорил, что не нанимался кого-то убивать, и вообще тебе не понравились все эти стесненные поездки и ночевка в мотелях с комарами, не? — усмехнулся богатырь.
Олег промолчал, но упырь понял. Месть. Это он как раз понять мог. Жену обхаживал, сына растил, а тут пришел какой-то колдун и испоганил все. Да и, оказывается, даже убийство не помогло от него избавиться.
Видимо, что-то понял по его взгляду и богатырь, упырь, к сожалению, не видел. Зенками-то вертеть мог, а головой нет. Почему-то смерть его сейчас не страшила, может, потому что одну уже пережил. А, возможно, понял свою участь еще в тот момент, когда узнал о приближающихся охотниках. Или просто нечисть понимает, когда уже не справиться и нужно просто ждать. Смерть — часть их жизни, все-таки навьи выродки (это уже леший рассказывал в тот единственный раз, когда их дороги пересеклись).