КАТЯ. Я и на полу могу… Не в первый раз.
Валентина открывает шкаф, достает простыни и подушки, бросает на диван.
КАТЯ. Дай плед, пожалуйста. Я раздеваться не буду, холодно.
Катя снимает ботинки, берет плед, устраивается на диване. Валентина подходит к зеркалу, стирает косметику.
КАТЯ. Валя!
ВАЛЕНТИНА. Ну что? Спи. Я сейчас свет выключу.
КАТЯ. Я всё равно после этого не усну… Валь, можно я книжки посмотрю?
ВАЛЕНТИНА. В качестве снотворного — пожалуйста.
Катя встает, подходит к шкафу, рассматривает книги. Достает одну.
КАТЯ. Лев Толстой, «Воскресенье». В тему… А это о чём?
ВАЛЕНТИНА. Вы в школе не проходили?
КАТЯ. «Войну и мир», кажется, да, а эту не помню.
ВАЛЕНТИНА. Жалко, полезная история про одну девушку. Твою тёзку, кстати.
КАТЯ. Дашь почитать?
ВАЛЕНТИНА. Конечно.
КАТЯ. Валь, а правда что человеку удается или первая половина жизни, или вторая?
ВАЛЕНТИНА. Или никакая.
КАТЯ (продолжая). Судя по первой, во второй меня ждет успех. А про тебя, кстати, в одном фильме говорилось — в сорок лет жизнь только начинается.
Пауза.
ВАЛЕНТИНА (вздохнув). Сказать легко. Начать трудно.
КАТЯ. Ты же говорила, как надо… Честно… Пострадавшего в больницу… Доброе дело сделала… (Замолкает, задумывается.) А лучше бы уехала, и жила без грязи, без долгов, с настоящей дочкой беседовала… а не с подкидышем… И все равно этому хотела «скорую» вызвать! Добродетельная! Из чего тут добро делать? Когда вокруг одно зло!
ВАЛЕНТИНА. Значит, надо делать добро из зла… раз больше не из чего.
КАТЯ. И варить раков живьём, тем более что они это любят…
Пауза.
ВАЛЕНТИНА. Иногда мне кажется, что я на фронте… Вокруг грязь и вонь… Но когда-то война закончится, расплачусь со всеми… как Пиаф… и вернусь к нормальной жизни. Возвращаются же люди с войны… Во всяком случае, верят, что вернутся. (Пауза.) Ладно… Мы спать будем?
КАТЯ. Я не могу… (Смущенно.) Валь, я опять есть хочу.
ВАЛЕНТИНА. Холодец будешь?
КАТЯ. На завтрак оставь. Давай пиццу закажем!
ВАЛЕНТИНА. В три часа ночи?
КАТЯ. Доставка — круглосуточно!
ВАЛЕНТИНА. Я больше не хочу никому дверь открывать.
КАТЯ. Ладно, не надо пиццу. Может, яичницу пожарим?
ВАЛЕНТИНА. Яйца забыла купить.
КАТЯ. А картошка?
ВАЛЕНТИНА. Кто чистить будет? Ты со своим маникюром?
КАТЯ. А, все равно один ноготь сломала! Давай! (Встает и идет на кухню.)
Звонит домашний телефон. Валентина смотрит на часы.
КАТЯ (испуганно). Это Глеб!
ВАЛЕНТИНА. Для тебя — страшнее Глеба зверя нет?.. Он на мобильный всегда звонит.
КАТЯ. Не снимай! Может… неизвестный дезертир?
ВАЛЕНТИНА. А вдруг Ленка? (Снимает трубку.) Алло… Мама? Мамочка, что случилось?! Тебе плохо? (Пауза.) Ой, ты меня напугала… Лена дома? Спит? (Пауза.) Мамочка, что ты! У меня все в порядке, все хорошо… Ну, помнишь, как ты меня учила? Умойся и повторяй: «Куда вода — туда и сон»… (Пауза.) Не беспокойся. Завтра поеду за билетами и перезвоню вам. Я тебя целую. Спокойной ночи, мамочка. (Кладет трубку.) Сон плохой приснился… (Кате). Ну что, будешь чистить?
КАТЯ. Буду.
Валентина ставит перед Катей пакет с картошкой.
КАТЯ. Пожарим? Или пюре?
ВАЛЕНТИНА. Как хочешь.
КАТЯ. А ты?
ВАЛЕНТИНА. Не хочется. Хотя… Пока ты почистишь, пора будет завтракать.
КАТЯ. Мамочка, ну помоги…
ВАЛЕНТИНА. Что с тобой делать…
Вдвоем начинают чистить картошку.
Раздается мелодия мобильного. Катя вынимает телефон из сумочки.
КАТЯ. Да… Алло… Глеб, конечно разбудил. (Громко зевает.) Глеб, ну я же сказала — никуда не поеду. (Пауза). Сколько за час?.. Машина уже под домом?
Валентина вырывает у нее мобильник.
ВАЛЕНТИНА. Алло! Нет, это не Катя! Что ты девочку беспокоишь? И кто в такое время звонит? (Пауза.) Мама… из Саратова! (Пауза.) Приехала… (Пауза) Слышь, шестёрка, если ты не хочешь, чтоб тебя уронили, вычеркни этот телефон, а бумажку выбрось. (Отключает мобильник.)