***
Первый рабочий день после отдыха порадовал хорошей погодой и теплыми солнечными лучами. Паркинсон вышла из камина, отряхивая мантию от пороховой пыли. Она осмотрела большой зал и поморщилась от разочарования. Вокруг царила неизменная министерская беготня, а слабый запах погреба породил неприятное ощущение. Словно она находилась в склепе, собираясь составить компанию покойникам.
Платье с запáхом под цвет ее глаз было одним из любимых. Мягкая и плотная ткань выгодно подчеркивала достоинства фигуры, пояс делал талию тоньше, а прямой силуэт вытягивал рост. Паркинсон еще вчера отметила, что немного потеряла в весе и в этом не было ничего удивительного. С того момента, как она согласилась принять вызов Поттера, всё перевернулось с ног на голову. Светлый жизненный путь заволокло туманом неизвестности и загадок.
Туфли на аккуратной шпильке звонко стучали по гладкому полу, заставляя мужскую половину волшебников выворачивать шеи. Волосы девушка собрала наверх, оставив пряди длинной челки по бокам, а губы блестели от полупрозрачного блеска. Панси умела пользоваться косметикой, но без фанатизма и ярких красок.
Кропотливая работа над статьей наконец началась и на пергаменте появились заветные первые строки. Паркинсон настолько сильно увлеклась идеей расписать настоящую атмосферу того времени, ориентируясь на рассказах отца и Грейнджер, что не заметила, как питалась лишь крепким кофе. Девушка понимала, что ее ждет либо провал с осуждением, либо признание. Она знала всего трех публицистов, кто попробовал опуститься в гущу событий Магической Войны со стороны зла, но описания сводились к страху перед смертью и попытками побега преступников.
«Мне нужно узнать правду о тебе, Поттер…»— слизеринка зашла в лифт и нажала на кнопку пятого уровня, где находился кабинет главы Аврората.
Ее не покидало одержимое стремление понять причину такой странной зависимости от боли. Определенно, избранному не нравилось причинять страдания другим людям, это она усвоила еще в Хогвартсе.
«Он всегда просит соблюдать тишину и сдерживает собственные крики, словно они невыносимы для его ушей.»
Панси, не торопясь, проходила по коридору, собирая в голове пазл психологического портрета героя. Ее рука сжалась в кулак, но замерла в сантиметре от двери, когда за ней раздался знакомый смех рыжего нищеброда.
— А потом, представляешь, она разворачивается ко мне своей толстой жопой и я думаю, неужели решилась на анал. Так и есть…— громкая речь Рона Уизли сквозила бахвальством и похабщиной.
Панси нахмурилась и резко открыла дверь без стука, действуя в манере грязнокровки. Закрыв за собой дверь, она вздохнула, игнорируя пристальные взгляды молодых мужчин.
— Ну что, Потти, начнем? — девушка не скрывала своей злости и молча подошла к стулу, бросив на сидение сумку с мантией.
Она сложила руки впереди себя и с сожалением посмотрела на кресло, которое заняла конопатая задница.
— У нас впереди много работы. — уточнила слизеринка менторским тоном и взмахнула волшебной палочкой.
Блокнот с чистыми страницами и перо с чернильницей перелетели по воздуху в сторону рабочего стола Гарри.
— Твои родители тебя здороваться не учили? — рыжеволосый хмыкнул и устроился по-удобнее в кресле, демонстрируя слишком широко расставленные ноги в старых брюках, доставшихся от одного из старших братьев.
Он обвел наглым взглядом девушку, задержавшись на вырезе платья.
— А тебя, что глазеть, будучи женатым, нельзя.— резко парировала Панси, не обратив внимания на то, что ее перо стало записывать в блокнот их вынужденный разговор.
— Паркинсон, почему ты всегда такая злая? Еще в школе кто-то обидел… — натянув самодовольную ухмылку, переспросил вислый аврор. — Или мужики подходящие разбежались, испугавшись столь склочного характера?
«Ну и мудачина.» — подумала девушка, поджав в раздражении губы.
Приподняв одну бровь, она внимательно рассмотрела унылое показушничество со стороны предателя крови.
— Мужиков, как ты изволил выразиться, полно, а вот мужчин единицы.— Панси начала жалеть, что вообще ответила Уизли.
— А в чем разница?— Рон переглянулся с Поттером, который слишком медленно убирал бумаги и папки в ящик стола.
— Настоящий мужчина никогда не станет трепаться о своих левых связях.— проговорила слизеринка, вскинув подбородок. Она села на стул, повесив на спинку мантию, а сумку убрала на пол. — Особенно лучшему другу своей супруги.
«Шах и мат, увалень!» — Паркинсон ликовала про себя, заметив красный румянец на щеках Рона.
Мужчина резко выпрямил спину и сжал пальцами подлокотники.
— Что?! — поморгал глазами Уизли, а потом скорчил гримасу презрения.— А я смотрю, твой рот так и не избавился от слизеринского яда, — он качнул ногами и развел их еще шире, желая выставить напоказ ширинку потертых брюк.
«Нет, вонючка. Этим ядом я ласкаю член Гарри Поттера…»
— Рон, — вмешался избранный, поправив очки. — Нам действительно надо работать.— тон его голоса приобрел стальные нотки, а глаза потемнели.
Рыжий прищурился и посмотрел на друга с подозрением, еще сильнее сжав подлокотники кресла.
— Ну так работайте, я вам не мешаю, — он попытался изобразить уверенность и равнодушие, но тело одеревенело от гнева и давно проедавшей все внутренности зависти.
«Совсем охренел, рыжий черт!»— возмутилась Панси.
— Ронни, давай…
— А не отправить ли нам Патронуса с посланием к твоей жене? — перебила Паркинсон избранного и положила ногу на ногу.— Пусть присоединится для уютных, семейных посиделок, а ты как раз продолжишь свой рассказ про анал с толстой жопой. — произнесла слизеринка, растягивая каждое слово.
Она знала, что ее открытая угроза подействует на этот упрямый кусок дерьма правильно, поэтому просто ждала избитых проклятий в свой адрес.
— Слушай меня, сука…— прошептал Уизли и поднялся, поправив мантию. — Нарвешься ты не на того в темном переулке и…
— Рон…— Гарри тоже встал с места.— Я, кажется, попросил тебя покинуть мой кабинет. — Мягкие ноты в голосе исчезли, образуя странно низкие звуки, больше похожие на шипение.
Челюсть Поттера напряглась, а с лица стерлась маска добродетели.
«Такие метаморфозы…» — Панси смотрела на него, ощутив новую порцию тревоги.
Уизли покраснел еще сильнее и опустил свой взгляд, понимая, что не сможет наблюдать за деятельностью этих двоих. Его злила и чертовски бесила возможность физической связи своего друга с подружкой Малфоя, которая и раньше была слишком аппетитным десертом.
«Ничего…Сестра уже вернулась с соревнований.»
— Буду ждать тебя у Гермионы, через час,— обратился Рон к Гарри и быстро прошел мимо девушки, громко захлопнув дверь.
— Что значит через час? — с удивлением спросила Панси и поднялась со стула. —
Мы же договаривались на три часа работы, — она посмотрела на Поттера, который заблокировал дверь заклинанием, а потом прицелился в стену с картиной.
Его движения были точны и резки, выдавая торопливость.
— Почему ты не предупредил меня о сокращении времени?— возмутилась девушка, обхватив себя за талию. — Я задала тебе воп…
Сильные руки обхватили ее плечи и подтолкнули к себе. Гарри быстро сократил между ними расстояние, с готовностью завалить прямо на пол.
— Паркинсон, сколько раз мне повторять, чтобы ты не выпендривалась? — потемневшие глаза гриффиндорца обежали ее тело.
— А почему я должна…— девушка резко замолчала, как только рука молодого мужчины опустилась ниже и с силой сжала ягодицу.
— Иди сюда,— ласково прошептал Гарри, втягивая носом аромат женской кожи за ушком.
Хотя слизеринка разозлилась, но воспротивиться вспыхнувшему возбуждению не смогла. Аврор легко направил ее к своему столу и остановился возле широкого кресла.
— Поттер, нам вообще-то работать надо.— заметила Панси, чувствуя румянец на щеках.
Его руки развернули девушку спиной к себе. Бедра плавно качнулись, давая ей ощутить давление затвердевшей плоти.