Весной, летом и осенью с горы сильно и резко тянуло гнилью. Зловоние стекало с горы; ветер гнал его на жилые дома. Местные обитатели привыкли к тошнотворно-сладковатой вони. Она чувствовалась даже под землей, на ближайшей станции метро. В лесу росли цветы, птенцы, плоды, орехи, ягоды и грибы; грязь прорастала зеленой травой. Трава жухла, желтела, в ней селились зайцы, кроты и другие бесчисленные создания. Они как будто совершенно не обращали на гору внимания. А собаки и жившие здесь люди, наоборот, радовались горе, как маяку. Гора охраняла границы их владений.
В следующий раз, выбравшись из логова, стая направилась прямиком к месту встречи, а оттуда — еще дальше. Мамочка взяла с собой Ромочку. К Ромочкиной досаде, она прихватила и Коричневого — самого неуклюжего братца. Черный взял Белую, Золотистая — Серого и Черную. Вот так они разделились для охоты в большом мире. Мамочка, Ромочка и Коричневый гуськом перебежали пустырь, потом осторожно переправились через мусорную реку и подошли вплотную к горе. Здесь было шумно и вонюче. И приходилось внимательно обнюхивать все кругом, чтобы ненароком не забрести на чужую территорию. Кроме того, нужно было остерегаться чужих собак и людей.
Впервые за много месяцев Ромочка увидел других людей. По горе рыскали мужчины и женщины. Низко опустив головы, они ворошили мусор палками и самодельными тяпками. Дети тоже рылись в мусоре или сидели на закорках у родителей. На Ромочку никто не обращал внимания. Мамочка вела его и Коричневого в обход, она старалась держаться от людей подальше. Ромочка понял, что люди тоже охраняют свою территорию и у них есть свои открытые и закрытые тропы. Мамочка опасалась людей. Ромочка тоже помнил, что люди — чужаки, а с чужаками нельзя разговаривать. Обе его матери учили его одному и тому же.
Обогнув гору. Мамочка направилась к березовой роще, за которой вырос трущобный поселок. Ромочка даже приплясывал от волнения. Коричневый задрал распушившийся на ветру хвост. Время от времени он взлаивал — просто так, от избытка чувств. Мамочка двигалась целенаправленно, молча, и они следовали за ней, подпрыгивая и время от времени схватываясь понарошку.
Впереди перекрикивались четверо оборванцев; они били тяпками и палками по чему-то, лежащему у их ног. Их жертва орала, шумно сопела, со свистом втягивала воздух и шевелила конечностями. Сначала Ромочка подумал, что они забили какого-то крупного зверя, которого хотят съесть, — а может, зверь первый на них напал. Но, когда оборванцы вдруг бросили палки и ушли, он заметил на куче мусора еще одного человека, такого же, как те, кто его бил. Проходя мимо, Ромочка втянул носом запах, напомнивший ему о дяде. Он ускорил шаг. Мамочка не обратила на оборванцев ни малейшего внимания.
Вокруг трущобного поселка рыскало множество собак. Некоторые были на веревках — они сидели на одном месте и охраняли хибары своих владельцев. Другие относились к людям вполне дружелюбно, но их нельзя было считать домашними животными: это были бродячие собаки, которые нашли добрых людей, собаки, которые изголодались по взаимным теплу и любви. Они сохраняли свою свободу, хотя и любили людей. Люди, в свою очередь, радовались тому, что собаки к ним ластятся, и щедро делились с ними объедками. Но бродячие собаки не признавали над собой хозяев. Дороги собак и людей могли разойтись в любой миг — так же внезапно, как и сошлись. На задворках жалких лачуг рыскали испуганные, больные, увечные псы. Они с трудом ползали в грязи, надеясь, что какая-нибудь добрая душа кинет им объедки. Еще одну разновидность составляли такие собаки, как Мамочка и Коричневый; дикие, живущие стаями.
Все здешние прекрасно знали друг друга. Все знали, какая стая сильная, — а какая — слабая. К кому нужно относиться почтительно, а на кого не грех и огрызнуться, чтобы знали свое место. Домашние и одичавшие псы обитали возле мусорной горы более-менее постоянно. Другие приходили и уходили.
Трущобный поселок и лес за ним считались общей территорией. Ни одна стая не установила контроль над «жирным куском». Здесь всегда можно было разжиться съестным. Вместе с тем здесь было неспокойно. Время от времени поселок и лес прочесывали люди в форме. Они ломали жалкие лачуги, у людей отнимали деньги или увозили с собой, а собак убивали. Правда, через день-другой местные жители отстраивали свое жилье из подручных материалов, которых на свалке было в избытке.
В тот первый раз Мамочка не позволила щенкам долго оставаться во внешнем мире. Они обежали поселок и увидели много собак и людей. Ромочка заметил слепую собаку, собаку на трех ногах, четверых-пятерых несчастных псов, сидящих на веревке.