Наверх все было знакомо: его дом совсем рядом, за сквером. Вон и его окна на седьмом этаже. Из них видна березовая роща, особенно красивая сейчас, осенью, отреставрированная церковь и новый жилой квартал. Дома его ждет Наталья. Дмитрий надеялся, что она воспримет новость нормально. И все же ему не терпелось сообщить ей о своем открытии. Ходьба утомила его; от усталости дрожали ноги. И еще он натер пятки.
У фонаря рядом с воротами он увидел пса — большого, косматого. Поймав на себе его взгляд, пес опустил голову и убежал в тень, а потом скрылся за салоном связи «Мегафон». Еще три собаки чуть поодаль рылись в большом, сравнительно новом мусорном баке. Одна из них встала на задние лапы. Она все время виляла хвостом и крутила носом — явно что-то говорила своим собратьям. Еще один пес, черный, стоял под уличным фонарем, отвернувшись от остальных.
Вдруг Дмитрий понял: все псы заодно. Они — одна команда. Распределили обязанности. Один перевернул бак. Второй — разведчик. Третий — охранник. Причем охранник смотрит прямо на него.
Он отвернулся и толкнул ворота в парк.
Считалось, что в их просторном, хотя и плохо освещаемом, сквере по вечерам безопасно. Все знали, что милицейские патрули выгоняют оттуда пьяных, нищих и наркоторговцев. Наверное, милиция крышевала здешнюю территорию, но факт оставался фактом: сквер считался тихим и нищих в нем не было.
Зато сегодня здесь оказалось множество собак. Дмитрий насчитал не менее семи. В темноте они казались просто громадными. Почему он раньше не замечал их? Он сел на свою любимую скамейку под березкой. Он часто отдыхал здесь по пути домой — в любую погоду, особенно если день на работе выдавался трудным. Ясными осенними вечерами, вот как сегодня, весь парк мерцал и блестел. Сухие пожелтевшие листья, тихо шурша, падали на землю, закрывая ее золотистым ковром. Армия уборщиков еще не вышла на смену. Скоро они сгребут все листья и утрамбуют их в мусорные мешки, обнажив черную землю для снега. Но пока неубранный сквер переливался разноцветными огнями под черным безоблачным небом. За шесть лет, что он здесь прожил, он видел мало таких ночей. Дмитрий закрыл глаза. Ну конечно, собак он видел и раньше. Бродячие псы в сквере беспокоили его, как и всех местных жителей. Но сейчас он отнесся к ним совсем по-другому.
Рядом что-то шевельнулось, и Дмитрий открыл глаза. Ну конечно — собака. Огромный пес, московская сторожевая. Добродушная слюнявая морда, мохнатые уши… Дмитрий узнал его. Соседский Мальчик! Пес сел рядом и дружелюбно вильнул огромным хвостом.
— Привет, Мальчик, — тихо сказал Дмитрий, и Мальчик склонил свою мощную голову набок, словно здороваясь с ним.
Дмитрий не помнил, разговаривал ли он раньше с собакой. Он протянул Мальчику руку. Пес проворно встал, подошел к нему и лизнул. Язык у него оказался теплый и шершавый. И очень слюнявый. Дмитрий быстро вытер руку о штанину. Выполнив ритуал. Мальчик снова уселся рядом с Дмитрием и даже привалился к его колену. Задрал большую голову и склонил ее набок, чтобы удобнее было смотреть человеку в глаза. Дмитрий погладил Мальчика по мохнатой голове, ощупал мощный загривок. В теплом подшерстке сразу согрелись пальцы. Под толстой шерстью перекатывались крепкие мышцы. Дмитрий улыбнулся, продолжая рассеянно гладить пса. Он воровато оглянулся — не видит ли кто — и быстро обнюхал свои пальцы и шею Мальчика. От пса пахло довольно приятно. Гораздо приятнее, чем от Ромочки. Юрий Андреевич, наверное, моет Мальчика шампунем. Только как такая туша помещается в маленькой ванне? Просто нелепо. Трам-там-там. Да уж, если держать пса в квартире, его придется регулярно мыть.
Дмитрий снова погладил пса. Ему хотелось окликнуть его, но он почему-то смутился. Мальчик… А как его зовут на самом деле — по-собачьи? Девочка, Мама, Папа, Малыш — общие термины, обозначение близкого родства. У Дмитрия закружилась голова. Он понял, что не просто устал, но еще и умирает с голоду. Он вздохнул. Наталья не любит заниматься кухней. Готовит редко, с непредсказуемыми результатами. Она даже на кухне словно что-то кому-то доказывала.