Сев в «бьюик», я поехал по направлению к Монте-Верде-авеню.
Дом номер 245, как и говорила Майра Тореска, оказался небольшим окрашенным бунгало с плохо замощенным двориком вместо сада. От любопытных соседей его скрывала высокая живая изгородь.
Я припарковал машину у дома, открыл деревянную калитку и пошел по дорожке. В одном окне сквозь ставни пробивался свет. Я постучал.
Дверь приоткрылась, и Майра спросила:
– Кто там?
– Маллой.
Она сняла цепочку и открыла дверь. Коридор за ее спиной тонул в темноте.
– Заходите. А я все гадала, когда вы приедете.
Я вошел вслед за ней в освещенную гостиную. Странно было узнать, что такой девушке, как Майра, оказывается, нравятся отделанные рюшем подушки, китайские маски и всякие декоративные куколки.
На Майре была ветровка и брюки. Вид утомленный, лицо бледное. Похоже, она мало спала с тех пор, как мы виделись в последний раз.
– Что происходит? – спросила она, выставляя бутылку виски, стаканы и лед. – Я так и не ложилась со вчерашнего вечера. Да, всего лишь вчера это было… А кажется, что уже прошла целая вечность. Сколько событий!
Я опустился в кресло:
– Да, событий много. Но я не уверен, что они приближают нас к цели. Я задумал одну штуку, и вы могли бы мне помочь, но прежде хочу рассказать обо всем, что случилось за это время.
Она стояла у погасшего камина и слушала, засунув руки в карманы, с сигаретой во рту, с холодным и равнодушным видом.
Я не упустил ни одной детали и потому проговорил чуть ли не полчаса.
– Таким образом, у нас есть множество фактов, – заключил я, – но ни одного доказательства. А они нужны, иначе в суде ничего не выйдет. То, что я вам рассказал, это хороший материал, но Франкон не сможет использовать его в таком виде для защиты. Наш следующий шаг – раздобыть доказательства, и для этого придется сразиться с Барреттом его же оружием. Первое и главное, что нам нужно сделать, – установить алиби Ника. По его словам, он играл в карты с Джо Бетилло с половины девятого до половины одиннадцатого. А Бетилло утверждает, что Ник ушел из бара «Дельмонико» в половине десятого. Бетилло пользуется в Корал-Гейблс самой плохой репутацией. Этот человек продаст за грош родную мать. Я поеду в бар сегодня же: мне нужно найти свидетелей, которые видели, как уходил Ник. Может, кто-то и видел, но боится испортить отношения с Бетилло. Если никого не найду, возьмусь за самого Бетилло. Привезу его сюда и попробую убедить поменять показания о времени, когда Ник вышел из бара. Как вам такая идея?
Майра чуть заметно улыбнулась:
– Отличная идея. А если вы не сумеете его разговорить, то, может быть, мне это удастся.
– Хорошо, попробуем действовать вместе. Есть у Ника какие-нибудь друзья? Кто-нибудь надежный и крутой, чтобы помог мне справиться с Бетилло? Это требует больших усилий.
Майра покачала головой:
– Ник плохо сходится с людьми. А кроме того, мы недавно сюда приехали. Давайте лучше я вам помогу.
– Ну нет. На такие дела девушек с собой не берут. Ничего страшного. Обращусь к Финнегану. Он-то всегда готов к приключениям.
– Нет, я поеду с вами! – воскликнула Майра. – Мне надоело сидеть тут без дела. Я хорошо стреляю. И я гораздо более заинтересована, чем ваш друг. Гораздо! Скажите, что надо делать, и я сделаю.
Я оценивающе посмотрел на нее и решил, что стоит попробовать.
– Только давайте договоримся – во избежание недоразумений. Мы не собираемся его убивать. Мы только хотим получить от него информацию.
Майра посмотрела на меня так, что у меня по спине пробежали мурашки.
– Только привезите его сюда, а говорить я его заставлю.
Я встал.
– Ну что ж, поехали.
Она открыла ящик стола и вытащила автоматический кольт 25-го калибра, проверила, поставлен ли он на предохранитель, и сунула в карман брюк. Потом допила виски и оглядела себя в зеркале.
– О боже! Страшная как смерть. Как хорошо, что Ник меня не видит!
– Думаю, Ник был бы рад вам теперь в любом виде, – сказал я и двинулся к выходу.
Она выключила свет, и мы вместе прошли по дорожке сада к «бьюику».
– А что, если захватить Барретта и тоже заставить его заговорить? – спросила она, устраиваясь на пассажирском месте. – Разве это не сэкономит время?
Мы выехали.
– Я не сторонник исключительно насильственных методов, – сказал я. – Это может сработать с Бетилло, но не с Барреттом. Он тут ключевая фигура. Может дать показания, а потом на суде заявить, что дал их под пытками. А такие показания не рассматриваются.
– Если вы не сумеете спасти Ника, я сама доберусь до Барретта, – жестко сказала Майра. – Я поклялась это сделать.