- Ты всё ещё живёшь как тень! Хватит ныть, найди себя заново.
Эти слова стали толчком. Инга записалась на курсы дизайна интерьеров. Давнюю мечту, которую откладывала ради семьи. По вечерам, рисуя эскизы, она начала чувствовать, как внутри прорастает что-то новое, хрупкое, но живое. Через некоторое время она стала востребованным дизайнером. Тогда она приняла решение и, получив диплом дизайнера, открыла маленькую студию. Со старой работы уволилась.
Андрей погрузился в работу с удвоенной силой, пытаясь заглушить пустоту. Дети, Руслан и Соня, стали его опорой, но их подростковая неуверенность иной раз превращалась в бунт. Соня, всегда папина дочка, начала прогуливать уроки, а Руслан ввязался в драку после обидного намёка одноклассника о бросившей их матери. Однажды Соня, хлопнув дверью, сказала Андрею:
- Ты всё контролируешь, кроме нас!
Андрей впервые почувствовал беспомощность. Ночью, разбирая документы, он наткнулся на фото из деревни, на котором Инга смеётся, обняв детей. В тот момент он позволил себе вопрос, А что, если я был слишком суров?
Между тем Соня начала тайно встречаться с матерью. Сначала из упрямства, потом - из жалости. Инга, увидев дочь в парке, не смогла сдержать слёз и сказала:
- Соня, прости, что подвела вас.
- Ты подвела себя. А у нас всё хорошо.
Постепенно их встречи стали ритуалом. Кафе, мороженное, неловкие разговоры, потом смех над старыми анекдотами. Руслан присоединился позже, принеся матери рисунки их дома, каким он его помнил. Андрей знал о том, что дети встречаются с Ингой и не препятствовал этим встречам. Он видел, что детям нужны такие встречи.
Зимой Соня тяжело заболела. Врачи говорили о пневмонии, и девочка металась в жару, зовя маму. Андрей, стиснув зубы, позвонил Инге и сказал:
- Она просит тебя.
Инга примчалась среди ночи. Три дня они дежурили у постели дочери попеременно, избегая разговоров. На четвёртый день, когда кризис миновал, Андрей застал Ингу спящей в кресле, её рука сжимала руку Сони. Набрасывая плед на её плечи, он прошептал:
- Спасибо. А лучше пройди в мою спальню и ляг, поспи.
- А ты?
- Я завтра дома буду с Соней сидеть. И врач должен прийти.
- А сегодня, где спать будешь?
- В кресле устроюсь. Мне утром всё равно кормить надо всех.
- А Соню?
- И её тоже. Куринный бульончик.
Соня выздоровела и пошла в школу. Тревожные дни Инги и Андрея завершились. Они начали общаться, но по мелочам. К примирению эти ночи не привели. Вместе с тем за Ингой начал ухаживать мужчина. Однажды он встретился с ней в заснеженном парке. В это время там проводили уроки физкультуры и Соня, бежавшая на лыжах, столкнулась с матерью, идущей под руку с этим мужчиной по аллее. Она остановлюсь, Инга увидела её, Соня тоже. Инга окликнула:
- Соня!
Но Соня развернулась и пошла в другую сторону. С тех пор он не отвечала на звонки матери. Отцу об этой встрече она ничего не сказала. Инга поняла, что ей не нужен этот мужчина, тем более что у неё с ним ничего не было, но теперь это надо было как-то объяснить дочери. Да, они сходили пару раз в кафе, но даже там она пробыла до девяти часов, после чего одна уезжала домой. Мужчину этого ей подыскала Клара. Та, узнав, что Инга разорвала связи с этим кавалером, возмутилась, сказав:
- Инга! Как ты можешь? Жизнь проходит мимо. Эдик вполне приличный мужчина. Чего ты ждёшь? Он вполне может заменить тебе Андрея.
- Нет, Клара, Андрея мне не заменит никто. Я уже почти наладила отношения с детьми и теперь всё испорчено. А их я никогда не перестану любить.
Инга стояла у окна своей студии, разглядывая эскизы будущего проекта реконструкции старинной дачи под семейный хостел. Линии на бумаге казались чёткими, но в голове царил хаос. Встреча с Соней в парке преследовала её, как навязчивый мотив. Даже звонок Эдика, того самого мужчины, с которым она резко оборвала связь после встречи с дочерью, не вывел её из оцепенения. Голос в трубке звучал натянуто вежливо, и Эдик спрашивал: