- Инга, ты всё ещё сердишься? Мы могли бы обсудить это за ужином.
- Нет, Эдик, это не сработает. Ты - хороший человек, но скажи, ты действительно холост, как говоришь мне?
- Да, я в браке, но ты сама видела, что нашим встречам это не мешало.
- Знаешь, я разрушила две семьи, свою и человека, который хотел со мной встречаться так же, как ты. Сегодня я не хочу быть причиной чужого краха. Подумай о своей жене, о детях.
Эдик начал что-то говорить о свободе выбора, но Инга уже положила трубку. Скоро в кармане опять зажужжал телефон, пришло СМС от Андрея:
- Соне нужна твоя подпись на разрешении для школьной поездки. Можешь зайти завтра?
Инга медленно выдохнула. Всё их общение напоминало переговоры дипломатов из враждующих стран. На следующий день, подъезжая к дому Андрея, она заметила его машину у подъезда. Капот открыт, сам он копался в двигателе, в рубашке, запачканной маслом. Инга, останавливаясь в шаге от него спросила:
- Не заводится?
- Стартер, кажется. Заказал запчасть, но до завтра её не будет.
- Подвезу до работы, если надо.
- Спасибо.
В машине пахло её духами. Теми же, что он дарил на десятилетие свадьбы. Андрей сжался на пассажирском сиденье, глядя в окно. Инга первой нарушила молчание и сказала:
- Мне Руслан звонил, сказал, что хочет поступать в архитектурный. Говорит, ты против.
- Он считает, что я тиран? Нет, просто знаю, как тяжело пробиваться в этой сфере без связей.
- А я его поддерживаю. У него талант. Помнишь, как он в деревне чертил планы бабушкиного сарая?
- Да. С криками, папа, тут нужна двускатная крыша!
Напряжение в салоне растаяло, как утренний туман. Когда они подъехали к офису, Андрей не сразу вышел и сказал:
- Завтра в школе собрание по Сониной поездке. Придёшь?
- Разве тебя там не будет?
- У меня совещание с инвесторами и Соня скучает по тебе.
Собрание оказалось кошмаром. Учительница истории, с пеной у рта доказывала, что поездка в Санкт-Петербург необходима для патриотического воспитания. Инга, сидя в конце зала, ловила на себе косые взгляды других родителей. Слова шёпотом: "Слышала, она бросила семью ради какого-то ловеласа". Внезапно рядом возникла Соня, держа за руку рыжеволосую девочку и сказала:
- Мама! Это Лиза, мы с ней в одном проекте по биологии. Можно она переночует у нас?
- Конечно, я не против. Папу я предупрежу. А как родители девочки к этому отнесутся?
- Они согласились уже.
- Тогда пойдёмте, купим пиццу.
Позже, готовя ужин на кухне, Инга услышала обрывок разговора из комнаты дочери:
- Твоя мама крутая! У меня родители даже шторы выбрать не могут без ссоры.
- Она у меня такая!
Инга прикусила губу. На следующий день, отвозя Лизу домой, она неожиданно предложила дочери:
- Соня, хочешь помочь мне с проектом? Клиент хочет видеть семейный стиль в интерьере.
Дочь пожала плечами, но в субботу явилась в студию. К концу дня их руки были перепачканы краской, а на столе лежал эскиз гостиной с элементами лофта и мягкими детскими уголками. Соня водила карандашом по эскизу и говорила:
- Здесь можно поставить раскладной стол. Как у нас в деревне.
Инга смотрела на дочь, такую же упрямую, как Андрей, с его же привычкой морщить лоб при размышлении, и сказала:
- Соня, ты прости, что тогда, в парке…
- Папа говорит, что прошлое надо отпускать. Только не приводи больше тех, кто не нравится Руслану. Он будет злиться. Правда, о нашей встрече я ему не сказала. Ни ему, ни папе. Я знаю, что папа думает по этому поводу, он как-то общался по телефону со своим приятелем и сказал, что сторожить тебя не собирается.
Перелом в отношениях случился в марте, когда Руслан принёс из школы грамоту за победу в конкурсе архитектурных проектов. На вручении, куда Андрей приехал с объекта, Инга стояла у стенда с макетом сына, уменьшенной копией их деревенского дома с резными ставнями. Она прошептала Андрею, когда остановился рядом: