– так, это, конечно, странно, но неплохо, правда? – папа у нас вечный оптимистичный пофигист.
– а откуда ты это всё знаешь? – ну а мамина подозрительность вполне объяснима. Был ребёнок как у всех и вдруг такое.
– может вы примите версию о внезапном озарении? – я сделал как можно более невинный взгляд. – в любом случае, все уже состоялось, знания у меня в голове, причину их появления я не знаю, разбираться с этим не хочу. Намерен использовать их для улучшения жизни, своей и семьи. Просто имейте в виду, что в некоторых случаях ко мне лучше прислушаться и последовать моим советам.
– хочется много спросить, но как-то не формулируются вопросы. – папа прищурился, пытаясь разглядеть что-то в моих глазах.
– значит время этих вопросов ещё не пришло. Мы успеем многое обсудить, ведь жизнь кончается не завтра, – я улыбнулся, – а пока я пошёл спать, умотался сегодня, и да, экзамены за первый класс я вроде как сдал, мам, спроси завтра в том числе про экстернат. Может имеет смысл закончить со школой на пару лет раньше. Думаю пока.
Мама лишь кивнула, потрепала меня по голове, развернула и отправила в сторону кресла-кровати, которое служил мне спальным местом.
Надо сказать, что жили мы в комнате, в коммуналке, в старом, а скорее даже старинном доме на углу Загородного проспекта и Звенигородской улицы города Ленинграда. Комната была достаточно просторной, с высоченными потолками, которые прибавляли визуального пространства. Вот только уединиться родителям в таких условиях было практически невозможно. Причём не только для разговоров, им же и тридцати ещё нет. Вот она реальность советского быта. Сдаётся мне, что в СССР не секса нет, а условий для него. У многих.
В соседней с нашей комнате жили дед с бабушкой. По маминой линии. В первом варианте, назовём это так, комната деда, который после смерти бабушки ушёл в штопор и быстро сгорел, комната отошла какой-то совсем левой тетушке, ухаживавшей за ним в последний год, а наша комната осталась пустовать, когда мы переехали в новую квартиру в 1992 году.
В этот раз, как бы меркантильно это ни звучало, допускать такого я не намерен. Не знаю пока как, но я намерен оставить эти квадратные метры себе. Пригодятся. Лет через десять и остальные комнаты можно будет выкупить.
Так я и уснул, оставляя озадаченных родителей приходить в себя.
На следующий день, после уроков, пошёл караулить маму. Надо её накачать перед разговором с учительницей. Идея сдать закончить экстерном школу никуда не делась.
Дождался, внушил нужный настрой, и отправил в класс. Минут через двадцать она вышла.
– в общем так. Свободное посещение у тебя есть. Если хочешь, можно будет организовать экстернат. За каждый класс отдельно. Ты же хочешь несколько лет проскочить? – мама была предельно серьёзна и напряжена.
– да, мам, хочу. Как минимум, начальную школу хочу проскочить. Так у меня будет как минимум два года в запасе перед призывом, чтобы определиться с вузом. Не очень хочется терять два года на армию.
– вот ты о чём. Логично и очень дальновидно. Сама не в восторге от мысли о твоей службе.
В тот раз я взбрыкнул и пошёл таки в армию. Как же, мечта детства – быть военным. По итогу же, сначала убедился в том, что армия – высшая школа долбоебизма, а потом ещё и на войну попал. Тот самый новогодний штурм Грозного. Как выжил тогда, сам не понял, но из взвода разведки нас осталось двое. Минимум год после этого приходил в себя,привыкая к гражданской жизни.
В этот раз никаких взбрыков. Только институт с военной кафедрой, выпуститься офицером с такой военно-учётной специальностью, за которую люди приплачивают. Ладно, этот вопрос возникнет через восемь лет, когда приписное делать придётся, тогда и буду крутить. Хотя, документами лучше запастись заранее. Типа медицинских справок, чтобы к моменту ВЛК на руках были доказательства того, что я не годен в мирное время. Начало девяностых, время, когда многие вопросы будут решаться даже без серьёзных денег.
Итак, со школой вопрос практически решил. Можно плотно заняться нужными предметами. И в список нужных, помимо языков и шахмат, просится актёрское мастерство, рисование и музыка. А что, физических нагрузок мне хватает от акробатики и плавания, мозг гружу языками, а вот творческое начало спит. Буду будить. Дворец пионеров мне в помощь.