Ещё через день алюминий был уже на рельсах — через всю Сибирь в Москву, потом Минск, Брест, перегрузка в евровагоны, Варшава, Познань, Берлин, и конечная точка — Гамбург. Три недели пути. Но по расчётам — удвоение вложенных средств.
Если всё пройдёт как надо.
Первые вагоны добрались до Гамбурга, когда МММ уже вовсю разваливался.
В целом, на операции с МММ я лично выручил почти тридцать восемь миллионов. Не рублей… Сумма плохо помещалась в голове, тем более что на кипрских счетах эта цифра должна была ещё и удвоиться. Тот самый момент, когда деньги перестают быть деньгами и превращаются в цифры.
В России я оставил минимум — на ровную, скромную жизнь. Дом, правда, купил. И машину папе — новый «Крузак» восьмидесятку. Надоел он со своей «Нивой».
Первого августа я завершил все дела и сел в самолёт в Москву. Оттуда — на Кипр, чтобы убедиться в зачислении денег с продажи металла. А после, к середине августа, планировал лететь в Лондон. Надо выходить на новый уровень. Всё почти готово — не хватало только правильного окружения.
Кипр в августе — это чёртово пекло. Чудесный остров весной и осенью, с середины лета делает всё, чтобы развеять о себе хорошее впечатление.
Плюс сорок в тени. Люди вяло перемещаются от одного кондиционированного помещения к другому. Для северного жителя в моём лице такой климат особенно непривычен, даже несмотря на ежегодные «тренировки» в Одессе.
Одно из редких прохладных пристанищ — отделение Bank of Cyprus.
Улыбчивые девушки за стойкой ресепшена, холодный мрамор пола, запах кофе и кондиционированного воздуха. Греческий я учить не додумался — непростительно, конечно. Пришлось общаться на английском.
— Здравствуйте, девушки. Подскажите, пожалуйста, где я могу узнать состояние своего счёта?
— Ваш паспорт, пожалуйста, мы уточним информацию.
Одна из милых барышень пролистала паспорт, дробью процокала по клавишам своего новомодного компьютера и, обменявшись взглядами с соседкой, кому-то позвонила. Через пару минут появился мужчина в хорошем костюме, лет пятидесяти, уверенный, как банковский сейф.
— Здравствуйте, мистер Никитин. Я Иоаннис Экономидис, управляющий банком. Ваши переводы привлекли наше внимание. Для их успешного завершения нам необходимо, чтобы вы предоставили документы, подтверждающие происхождение средств. До получения этих документов мы вынуждены приостановить обработку переводов. Пройдёмте в мой кабинет — я объясню, какие именно бумаги нужны.
— Не могу сказать, что вы меня обрадовали, Иоаннис, — ответил я. — Что мне делать, чтобы получить доступ к деньгам? У меня немного времени — скоро нужно уезжать в Лондон, а перед этим оплатить обучение в LBS.
Мы поднялись на второй этаж и устроились в дорогом кабинете, в глубоких кожаных креслах. Кофе, который заказали у секретарши по дороге, принесли почти сразу.
— Мистер Никитин, — начал Экономидис, — ваши переводы из Лондона выглядят вполне законно. Но в связи с их объёмом нам нужна полная документация по сделке с алюминием для аудита и внутреннего контроля. Особенно интересуют документы, подтверждающие законность покупки алюминия в России, и отчёты брокеров с LME.
— Хорошо, всё будет в ближайшие дни. После предоставления документов когда вы разблокируете счёт?
— Как только убедимся в полноте и достоверности бумаг — сразу. Обычно это занимает не более одного рабочего дня.
Вышел из банка озадаченный. Или озабоченный — не пойму. Я ожидал проблем, но не здесь. Офшор, перевод через Лондонскую биржу, сделки проведены их брокерами — всё же чисто…
Пошёл в отель звонить в Россию. Документы на покупку и продажу акций я предусмотрительно подготовил ещё после последнего большого пакета, а вот с металлом предстояло что-то решать. Подозреваю, парни работали не совсем «в белую».
Связался с Богданом, объяснил ситуацию. Он уверенно сказал, что документы будут готовы через сутки. Правда — в Красноярске. Пришлось пообещать оплатить все расходы по доставке их на Кипр. Богдан пообещал прилететь лично в компании с Семёном, буквально через пару дней.
Через два дня, в аэропорту Ларнаки, я уже встречал весёлую парочку. Выглядели они как типичные братки на отдыхе: короткие, почти под ноль, стрижки, шорты, гавайки, на ногах шлёпанцы; крепкие фигуры и сопровождающий их запах коньяка — как же иначе, duty free же.
Хоть и не были особо близки, обнялись при встрече: за границей земляки — почти братья. Да и сделка получилась не на две копейки; парни тоже прилично заработали благодаря моим деньгам.