Твою мать, как тяжко. Надо было украсть транспорт. Поздним вечером набредаю на какой-то поселок. Здесь я нахожу маслиновую плантацию. Теперь у меня есть еда.
Уже ночью, перевалив хребет, спускаюсь по пустыне где-то в районе Иерихона. Отсюда уже видно нашу территорию. Ноги гудят, сильно хочется пить. Так не пойдет, нужно найти воду.
Копаю яму в рыхлом каменистом грунте. Собираю все зеленые растения, какие нахожу в округе. Складываю их в яму. В центре пристраиваю бутылку и накрываю всю конструкцию брезентом. Сверху кладу камень, чтобы брезент прогнулся над бутылкой.
Когда я просыпаюсь солнце уже садиться. Жажда стала невыносимой. Ура, бутылка на четверть полная! Позволяю себе только несколько глотков. Убираю следы и иду дальше.
Ночь, пыльная земля. Бреду как во сне и вдруг свет фар. Бежать? Меня заметили. Останавливаюсь, пригибая голову, чтобы скрыть глаза и сжимаю в кармане нож.
– Кто тут у нас? – голос говорит по-арабски.
Двое пограничников, водитель остался в машине. Офицер светит на меня фонариком.
– Еврей, похоже. Снова они тут шляются.
– Эй, ты. Ты кто такой?
– Я потерялся, возвращаюсь с горы Нево. Пропустите меня,– стремлюсь говорить хрипло. Шапка натянута почти на глаза.
– Оружие, наркотики? – он переходит на иврит.
– Нет ничего. Я открываю сумку и демонстрирую мои скромные пожитки. Я отстал от своих, они дальше пошли.
– Отпусти ты его, лень возиться. Глупые евреи.– Снова по-арабски.
– Можешь идти.– Он махает рукой и они уходят к машине.
Пронесло. Когда я подхожу к забору близиться утро. Лезть на него глупо – там линии под напряжением. Ножом перекусываю проволоку и продираюсь в отверстие. Датчики должны были среагировать.
Да, через полчаса подъезжает пограничный джип. Я прошла.
***
Скоро за мной приедет машина. Сижу на вершине горы, тут наш опорный пункт. С высоты в полкилометра потрясающий вид на Мертвое море. Закат просто великолепный. Безветрие и глухая тишина. Воздух пропах солью.
Бросаю камешек вниз. Он кувыркается по склону. Сколько не бросай, всегда падает слишком быстро. Тук, тук-тук.
На носок ботинка забирается муравей. Усики подрагивают, он слушает запахи, пытаясь найти дорогу. Я в миллион раз больше него, но он тоже живой. Я вижу дальше, и все же – мы одинаковые.
Он тоже был здесь.
***
~ СЛУШАЮ НА ПЛЕЕРЕ: НАУТИЛУС ПОМПИЛИУС – ПРОГУЛКИ ПО ВОДЕ
На церемонии присяги я держала в руках Тору.
"И СОТВОРИЛ ВСЕСИЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕКА ПО ОБРАЗУ СВОЕМУ, ПО ОБРАЗУ ВСЕСИЛЬНОГО СОТВОРИЛ ЕГО, МУЖЧИНУ И ЖЕНЩИНУ СОТВОРИЛ ИХ".
Люди как Бог? Мы как Бог. Мы – Боги?
Гулкий голос через мегафон вещал над плацем: "Сейчас вы получите из рук командиров оружие и произнесете клятву на верность вашей стране".
А религиозные евреи стояли в стороне. Они не участвовали в церемонии. Оружие – грех. Для них государство Израиль не высший авторитет. Еще одни кусочек головоломки в картине мира ложиться на сукно.
Неужели, достаточно бездумно повторять ежедневно молитву, чтобы стать лучше, мудрее, выше? Бог дал евреям десять заповедей. Их подлинность несомненна – они просты и совершенны, как и весь мир. Но рулон пояснений и инструкций? Я не верю в талмуд. Верить в него – значит верить что Бог – идиот. Сначала он дает людям свободу воли, а потом загоняет их в лабиринт заборов.
Верить в Бога в душе и читать молитвы – разные вещи, а бездумно, механически следовать книгам, значит уподобляться остальным миллионам видов живых существ, не способным переступить свой генетический код. Рабам. Слишком часто иудаизм становиться механическим.
Я часто вижу ортодоксальные семьи. Нельзя сказать, что они не счастливы, наоборот. Они живут в эйфории от того, что все сделано "правильно". Они глубоко и старательно изучают религию.
Но, мне больше импонируют поселенцы. Веселые и добродушные люди с оружием, пожертвовавшие покоем и достатком ради внутренней необходимости следовать своему пути. Они не настолько зациклены и они тоже евреи.
А люди, принявшие гиюр?
Есть разные градации «быть евреем»? Почему нет простого и однозначного?
Видимо всё как всегда – каждый должен решать за себя. И нет спасения, и никто не скажет тебе что делать. А если скажет, значит ты не того слушаешь.
Заповеди полны глубокого смысла. Но разобраться с ним нужно без подсказок, собственной душой. Пока человек не поставит себя на один уровень с Богом, он не станет ему равен.
Я ощущаю себя не «еврейкой». Евреи – это только слово. Я чувствую связь с тем, кто создал этот мир, вот то, что я хочу объяснить.