Пациенты, давшие согласие на весперийскую психотерапию, взирали на инопланетного доктора с надеждой. Это была необычная группа. Дело в том, что в нее входили сознания, воплощенные из Эрмагнет, которые не помнили, кто они такие.
Воплощение из Эрмагнет уже давно было привычным делом, когда речь шла о так называемых «аберрантах» - бывших «наблюдателях за наблюдателями». Так себя называли сознания, проекции которых находили в Эрмагнет, после того как они накапливали определенное количество поломок и уже не могли выполнять во Вселенской Программе функцию объективной регистрации происходящего в подшефном мире. То есть не могли отстраненно анализировать деятельность людей – органических наблюдателей мира.
«Органическим наблюдением» в эту эпоху называли саму жизнь в биологическом теле, которая позволяла спаянному с живым телом сознанию «материализовывать» все вокруг из окружающего «поля вероятностей» - цифрового тумана.
Ну а «цифровое наблюдение» осуществлялась Кодами, уже имевшими солидный опыт жизни в различных телах. Если они становились аберрантными, то «рассекречивались» и могли быть обнаружены кем угодно. Через некоторое время они куда-то отправлялись Программой, но пока этого не случилось, могли успеть прийти в мир людей, например, в синтетическом теле. Многие из бывших цифровых наблюдателей пользовались такой возможностью. Разрешение на воплощение им выдавал сначала земной, а теперь межпланетный Комитет по Этике.
Пациенты группы доктор Гриддис, в отличие от аберрантов, ничего не помнили. Они болтались по Полю Эрмагнет, время от времени встречаясь друг с другом. Обычно сознания, потерявшие тело, быстро исчезали из Поля, но эта группа бродила там больше года, прежде чем Комитет по Этике выдал им разрешение на воплощение и направил в Центр Ментального Здоровья Дэммариона. Доктор Гриддис, владевшая гипнотехниками, попробует погрузить «потеряшек» в ускользающие архивы воспоминаний.
После обращения весперийки, с комментариями и разъяснениями неорганика Джорджианы, первоначальная оторопь пациентов от величественного вида Гриддис сменилась на психомоторное возбуждение. Им всем вдруг понадобилось куда-то перейти, что-то взять. При этом они проявляли редкую неловкость, спотыкаясь и теряя равновесие. Некоторые из них, падая, даже хватали весперийку за ее великолепный хвост. Вот черти! Нашли тоже себе перила… Наверняка им просто нравится эта массивная, смазанная маслом хвои, иногда чуть подрагивающая штука.
Кардэм, наслышанный о суровом нраве и четких тактильных границах термогерпетов, взглянул на Гриддис с опасением, но та выглядела по-прежнему невозмутимой. Да, она основательно подготовилась к своей миссии в Дэммарионе. Восхищение Кардэма-биолога мощью и совершенством организма термогерпетов все больше распространялось и на личность весперийки.
Внезапно Кардэм вспомнил, что напевала во сне танцующая бабуля Дагмар. «Гриддис и Брунгильда!» Конечно! Бабка намекала, что неплохо бы познакомить молодую Многоножиху Брунгильду, дочь погибшей Дагмары, с весперийской терморептилией. Честно сказать, Кардэму и самому этого захотелось. Наверное, потому что у обеих есть нечто общее – интеллектуальная и физическая мощь. Брунгильде было всего полгода, но умственные способности ее резко выделялись на фоне остальных малышей.
После истории с Дагмарой Дэммарион стал нервно относиться ко многим юридическим вопросам. К моменту рождения Брунгильды ее матери Дагмаре был посмертно присвоен статус «сознания нехомо типа, но хомо категории». Это означало, что нечеловеческое сознание Многоножихи по умственным способностям не уступало людскому. В итоге крошка Брунгильда и ее братья-сестры получили этот статус автоматически.
Кардэма вписали в документы отцом детенышей Многоножихи. По факту, генов Кардэма маленьким многоногам досталось не более пяти процентов, но не все ли равно, сколько их? Ведь они есть! Кардэм не возражал: он действительно отец, на целых пять или около того процентов. Это генетически. А сколько внимания, заботы, обучения? Маленькие многоножки - его дети!
Кардэм подошел к Гриддис, как раз закончившей обсуждать что-то с дэммарийскими психиатрами. Она была ростом около двух метров, а в длину вместе с хвостом – более пяти. Кардэм поймал себя на мысли, что он тоже не прочь прикоснуться к этому замечательному хвосту.
- Доктор Гриддис, - произнес он с легким старомодным поклоном, который вновь становился популярным, вследствие принятия Межпланетного Этикета, - я буду очень рад показать вам Аквариум Дэммариона. И нашу гордость – юных Многоногов.
Кардэму показалось, что в янтарных неподвижных глазах весперийки мелькнула усмешка, хотя ни один мускул на ее лице не дрогнул (согласно Межпланетному Этикету, у существ с сознанием «хомо категории» всегда «лица», как бы они не выглядели).