В ходе «беседы», которая выглядела как сигналы в Эрмагнет, Гриддис торжественно вручила своему визави тубус с щупальцем.
Черный многоног обхватил тубус цепким щупальцем и старательно спрятал где-то в складках своего мощного тела. Оттуда же из глубин он извлек небольшой термостат.
- Это наночастицы для восстановления примата «Кардэм». Вы согласны на ответную услугу в случае удачного исхода?
Гриддис ничего не оставалось, кроме как согласиться, и термостат был передан ассистенту нехомо-неорганику, которых, кстати, поставляли хенрикам весперийцы. Неорганик вручил предмет Гриддис. Хенрик выдал инструкции по применению посылаемых частиц. Емкость надлежало вскрыть в Дэммарионе.
Гриддис почувствовала, что через пару минут войдет в гибернацию. Последние предсонные мысли сосредоточились на необычной попутчице. Совсем молодая девушка по имени Миэра, дочь легендарной Эрики, спала в соседнем отсеке. В настоящее время ее родителями считались Дагомар и Эрменберта. У Миэры было Предназначение, и все знали, что оно как-то связано с Дэммаром.
На космодроме Гриддис наблюдала за Дагомаром и Эрменбертой, провожавшими Миэру, и заметила, что девушка не способна к привычному типу общения. По меркам приматов она вела себя глубоко нейроатипично. В Дэммарионе Миэру будет опекать тетушка Арис, а в полете присмотреть за ней попросили Гриддис.
«Любопытно изучать существо, у которого с рождения есть Предназначение», – подумала Гриддис и уснула.
Глава 18. Кардэм: визит Гриддис и проделки Брунгильды
В Аквариуме Кардэм и Брунгильда готовились к визиту Гриддис, две недели назад прибывшей на Дэммар с Земли. С Гриддис прилетела и сводная сестра Кардэма Миэра, но находилась пока в реабилитационном центре. Весперийка же сократила двадцатидневный курс восстановления после космического перелета, каким-то образом отделавшись от врачей, и решительно объявила о намерении навестить коллегу Кардэма и его детей. Не иначе как тетушка Арис приложила к этому свою лапу.
Юная Брунгильда недавно объявила всем о своем совершеннолетии, сославшись на экспертизу, проведенную дедулей Цересоном, и потребовала изменения своего юридического статуса. Многоногой девице хотелось пользоваться всеми преимуществами взрослой гражданки Дэммариона. Никто не возражал. Кардэм передал дело все той же всемогущей тетке, и скоро дочка-многоножиха получила вожделенную поправку в своем удостоверении личности. На очереди были остальные потомки, менее активные. На их счет Кардэм дожидался вердикта Цересэнцефалона.
Для Гриддис было заказано ее любимое крысиное мясо, выращенное в биореакторе, разнообразные овощные соусы-пюре и, конечно же, полюбившиеся ей хвойно-ореховые смеси для коктейлей.
Юные многоноги собрались в бассейне для встреч, поджидая гостью. Кардэм был рад, что весперийка нравится его детишкам. Жаль, что сам он все так же прикован к обслуживающему его многофункциональному креслу. Сейчас, как назло, Кардэм чувствовал ухудшение после начавшегося было восстановления. Очередная аутоиммунная атака. Эх, встать бы на ноги! Пройтись бы рядом с невозмутимой царственной Гриддис, заглянуть в ее резные зрачки, прикоснуться к пальцу на лапе в знак приветствия… Но пока даже голову и шею приходилось поддерживать гибким воротником умного кресла. Что-то затянулась его странная болезнь! Не ждал Кардэм таких искажений от своего прежде исправно работавшего иммунитета.
Весперийка степенно ступила в «дружескую приемную», приветствовав компанию чудесным рыком, по которому Кардэм так соскучился. За Гриддис шествовала крупногабаритная дочка Кардэма, получившая в честь официального совершеннолетия новый экзоскелет с декоративными ракушками.
Прекрасная представительница термогерпетов изящно уселась на приготовленную циновку, расправив толстый блестящий хвост, вытянула длинную сильную шею и благосклонно протянула Кардэму лапу. Это означало, что ему разрешено подъехать и активировать экзоруку кресла, чтобы коснуться пальца весперийки своей ослабевшей кистью. Таков был жест хомо-герпетического этикета. Конечно, Кардэм проделал это с удовольствием, любуясь привычно высокомерным выражением и осанкой своей гостьи. Он с удовольствием вдохнул ее запах и заметил, что Гриддис тоже едва заметно принюхивается.