Поисковый сервис в ответ на запрос «вызвать дьявола» выдал два миллиона ответов. Петр взялся за чтение. Первыми в списке шли кое-как сверстанные сайты всевозможных сатанистских сообществ, оформленные в стиле подростковых представлений о таинственном и ужасном: аспидно-черный фон, кроваво-красные буквы, иногда из рук вон плохая анимация – как правило, горящие факелы или скалящиеся черепа. На полях аляповато переливались яркие разноцветные объявления, рекламирующие легкий заработок в интернете, виртуальные казино, сайты знакомств и способы увеличения члена или обретения невероятной потенции. Под броскими заголовками тянулись скудные строки комментариев и обсуждений, в которых тинейджеры от четырнадцати до сорока лет вяло набивали себе цену нелепыми рассказами о сверхъестественных переживаниях. В описании способов воззвать к дьяволу недостатка на таких сайтах не было, но после поверхностного изучения довольно быстро выяснилось, что все они сводятся к трем-четырем скопированным текстам, которые заимствовались друг у друга вместе с грамматическими и смысловыми ошибками. Доверия такая информация не вызывала, и Петр копнул немного глубже, потом еще и еще, не заметив, как процесс увлек его по-настоящему, причем куда больше, чем любое из тех занятий, которыми в последние годы он пытался разнообразить унылую жизнь. Мечта стала принимать очертания цели, и это придавало изысканиям смысл, а сам Петр незаметно стал относиться к делу с серьезностью, которой совершенно не ожидал от самого себя и которой, казалось бы, вовсе не стоило такое нелепое и наивное занятие, как поиск способа вступить в контакт с демонами. Теперь это было его бизнес-проектом, сулящим в случае успеха выгоды неизмеримо большие, чем любые предпринимательские эксперименты.
Он очень быстро дошел до классиков практической магии, преодолевая сопротивление тяжеловесного стиля, осилил творения Папюса, Штайнера и Сен-Мартена и пошел дальше. Специально созданный документ для заметок по теме стремительно разрастался, постепенно перевалив за сотню страниц. Скоро ресурсы интернета оказались исчерпаны, и Петр отправился в библиотеку – впервые с тех пор, как готовился к защите диплома. За «Учением и ритуалом высшей магии» Элифаса Леви последовал ««Calendarium Naturale Magicum» Тихо Браге, а потом и манускрипт «Lansdown» восьмисотлетней давности. Чем дальше, тем больше Петр осознавал, каким непростым делом было налаживанием коммуникации с инфернальными силами: те, как правило, предпочитали выходить на связь сами и неохотно откликались на воззвания со стороны смертных. Однако именно сложности вселяли надежду: если бы весь фокус был в том, чтобы нарисовать пентаграмму и провыть несколько заунывных стихов на латыни, он бы, может быть, уверился в несостоятельности своей затеи; но обилие необходимых условий, обязательных деталей и трудоемких приготовлений придавали делу вес и наукообразную строгость.
Покончив с теорией, Петр приступил к практическим действиям. Для проведения ритуала требовались пентакли, изготовленные из определенных материалов и в дни, соответствующие определенным фазам луны; кольца, сделанные собственноручно из сплавов металлов; кинжал, который также надлежало смастерить самому, с соблюдением необходимых условий и требований. Трудности множились и временами начинали казаться непреодолимыми. Где взять, например, кусочки львиной и волчьей шкуры? А перья зеленого дятла или кожу оленя, убитого в ноябре? Или кровь совы – сипухи? Как правильно расплавить и смешать равные доли свинца и золота? Как понять, что именно понимается под термином «трава гелиотроп», если этой самой травы насчитывается более трехсот видов? Но если Петр и умел что-то, так это добиваться поставленных целей. Заработав несколько довольно серьезных ожогов, он с двадцатой попытки сумел расплавить металлы, сделать из них кольцо и, вооружившись специально купленными для этой цели резаками гравера, с величайшей тщательностью нанести нужные знаки; разобрался в подвидах травы «молодило кровельное» и особенностях папоротника «венерины волосы»; заморозил ртуть со свинцом в мае, а в первых числах августа, в час Солнца, начертил пером лебедя, обмакнутым в серебряные чернила, необходимый пентакль на куске львиной кожи. На работе и дома заметили необычную увлеченность Петра каким-то новым таинственным хобби, однако он, разумеется, о сути своих интересов не распространялся, а ему вопросов не задавали: коллегам, по сути, до этого не было иного дела, кроме праздного любопытства, которое, не будучи удовлетворено, быстро переключилось на другие предметы; ну а жена была даже довольна, что муж наконец нашел себе занятие по душе и стал меньше брюзжать, глядя в экран телевизора, и даже, казалось, исцелился от постоянного сплина. Петр, тем временем, приближался к заветному дню, вернее, ночи, время наступления которой он тщательно высчитал с соблюдением всех рекомендаций авторитетных источников.