— Запомню, — слегка склонил голову Лев. — А теперь тост. Я хоть и не рыбак, но… Встречаются два приятеля-рыбака. «Как рыбалка?» — спрашивает первый. «Отлично, — отвечает второй. — Поймал щуку килограммов на десять, а, может, и больше». «Наверное, зажарил? Или котлет наделал? Котлеты их щуки с сальцой — это нечто», спрашивает первый. «Нет, отпустил». «Почему?» — чуть не заплакал второй. «Да все равно никто не поверит... На рыбалке главное — процесс общения с природой, а все остальное вторично. Выпьем же за главное!»
— Выпьем за единение с природой, — согласился Игорь, поднося бокал к губам и делая глоток. — А потом предлагаю искупаться, — добавил он. — Вода как парное молоко. Проверил. Здесь неглубоко, озеро прогревается до самого дна.
— Что же мы в темноте купаться будем? — удивился Лев, бокалом показывая на закат. — Домой не поедем?
— Будем, — кивнул Игорь. — Нет, — покачал он головой. — Отдыхать так отдыхать. Машина приедет за нами только утром. Даже если захотите выбраться отсюда, не получится. Разве только пешком, — он развел руками. — Место уникально во всем. Связи нет — никто не позвонит, не побеспокоит.
Лев хотел возмутиться, но передумал. А почему ему на самом деле не отдохнуть на природе до завтрашнего утра?
— А я удивлялся, откуда какая тишина, — проговорил он, покачав головой. — Айда купаться, — вдруг прокричал, совсем как мальчишка.
И подскочив на ноги, помчался к краю крутого берега.
— Стой, сумасшедший, — попытался окриком остановить его Игорь, но, поняв бесполезность своей затеи, побежал за ним следом.
По едва заметной в сумерках тропе они спустились к песчаному пляжику, на ходу скинули одежду, оставшись в чем мать родила, и с визгом бросились в воду, подняв при этом кучу брызг.
Плавали, пока не замерзли и не устали. И наперегонки, и друг за дружкой, и просто рядышком — локоть к локтю.
— Не хочется на мокрое тело одежду натягивать, — проворчал Лев, поднимая с тропинки и свой спортивный костюм, и Игоря. Он улыбнулся и, пока тот не видел, прижал его одежду к лицу, вдыхая будоражащий сознание запах парня.
— Зачем на мокрое тело? — переспросил Игорь. — Можно голыми постоять под луной, чтобы высохнуть, а потом одеться. А можно и махровым полотенцем вытереться. У меня есть.
— Запасливый, — усмехнулся Лев, протягивая одежду парню.
Порешили, что постоят обнаженными под луной, подождут, пока стечет вода, а легкий вечерний ветерок обсушит тела. Опять же каждый почему-то хотел рассмотреть другого.
— Ты как после сабельной атаки, — вперил Игорь в пах начальника.
Вся внутренняя поверхность бедер и низ живота сплошь были покрыты неаккуратными шрамами.
— А это? — склонив голову, глянул на себя Лев. — Ерунда. Давно это было, уже и думать забыл про них.
Лгал, не хотел, чтобы он видел изъяны тела, это не укрылось от Игоря — и первым побежал на берег, и первым выскочил из воды, затем прикрывал пах рукой с одеждой, а сейчас все старался встать спиной к луне, чтобы не так заметно было.
Игорю бы психоаналитикой заняться — получилось бы. Но языки влекли все же больше.
— Расскажи, — потребовал он.
— Мне лет пятнадцать было, — чуть скривился Лев. Понял, придется рассказать все как было — пустыми, ничего незначащими фразами не отделаться, не тот Игорь человек. — Я тогда ветеринара все изображал. Сидел на корточках и «лечил» поросенка. Откуда появился тот монстр с клыками, не понял. Мелкого свинтуса спас, успел вскочить на ноги и поднять его над головой, а себя нет. Монстр вцепился зубами в меня и принялся рвать. Хозяин подбежал, оттащил пса, а так, наверное, вообще без всего остался бы.
— А почему так неаккуратно зашито? — нахмурился Игорь. — Я понимаю, рваные раны и все такое прочее… Оторвать бы руки тому хирургу — так изуродовать человека.
Он с силой сжал кулаки.
Лев задрал голову в темное небо и истерично рассмеялся.
— Так я был тем хирургом, — продолжил он, вытерев тыльной стороной ладони с лица то ли слезы, то ли дождевые капли. — Сам себя и зашил, как смог.
— Как сам? — опешил Игорь.