— Тогда при первом же торможении выходим через окно вместе с ним, — предложил Валерон, небрежно ткнув лапой в бок трупа. — Его купе проверить?
— Проверь, — согласился я, и тут же обессиленно стек на диван, на котором до этого спал. Все-таки Валерон тянул из меня столько энергии при переходе в невидимость, как будто экстренно вырастал до размеров дракона.
Смотрю, ограбления у меня уже входили в привычку. «Он был плохим человеком, сударь, поэтому я решил, что имею право на небольшое наследство с его стороны».
Валерон вернулся очень быстро и отрапортовал:
— Пусто. Вообще вещей никаких нет.
— Понятно. Все свое ношу с собой.
— Нужно его раздеть и полностью обыскать.
— Зачем? Это время, — не согласился я. — Можем обыскать, когда… выйдем из поезда.
В себя после отъема энергии я уже пришел, поэтому не только разговаривал, но и одевался. Сняв фуражку, вешалку я отправил в саквояж — она мне еще пригодится.
— А если что-то ценное сломается? Одевать его я не предлагаю.
Идея была Валерона, но исполнить это он физически не мог, поэтому всем пришлось заниматься мне. Первым делом я снял пояс с прикрепленными к нему ножнами. После того как я вставил выпавший кинжал, Валерон сразу убрал оружие во внутреннее хранилище. Из кошелька он выковырял все деньги до последней медной монетки и отправил их туда же.Сам же кошелек лапой выпихнул в приоткрытое окно.
Я тоже времени не терял, избавляя еще одного несостоявшегося убийцу от одежды. Честно говоря, от нее здорово несло, и не только потом, но и алкоголем, которого внутри точно было куда меньше, чем снаружи. Одежду Валерон предложил смотать в рулон и тоже запихнуть в него, а осматривать потом. Осматривать там было что: пальцы при раздевании в нескольких местах нащупали несвойственные ни мундиру, ни форменным штанам утолщения. Сапоги я тоже стянул и чуть не задохнулся от амбре давно не мытых ног. Под коленом покойника оказался еще один ремень с ножнами, где находился тонкий острый стилет хорошего качества.
— Стоим, — внезапно оживился Валерон. — Пора на выход.
Я прикрутил лампу и открыл окно. Темень стояла такая, что разглядеть, где мы стоим, не представлялось возможным. А значит, и нас никто не заметит.
Как я переваливал труп — это отдельная история. При жизни фальшивый военный был тем еще бугаем и весил намного больше меня. После того как мы с трупом и моим саквояжем оказались на насыпи, Валерон выбросил его сапоги, о которых я благополучно забыл, закрыл окно и переместился через стенку вагона, опять забрав у меня энергию. Вылезли мы вовремя, потому что вскоре поезд опять поехал.
— В той стороне лес, — радостно сообщил Валерон. — Тащи труп туда.
— Нам бы лучше какой водоем. Притопить с концами. А так на траве останется изрядный след.
— Впереди мост. Он далеко, и тащить труп по насыпи слишком заметно.
— Поезд куда более заметен. Если что — успеем спуститься к кустам.
Поезда ходили нечасто, поэтому до реки я дотащил свой груз без необходимости его прятать. Правда, пока дотащил, начало сереть. Я еще немного оттащил груз по берегу подальше от моста до густых кустов, где и обессиленно рухнул, самому себе напоминая труп.
— Какой же он тяжелый…
— Согласился бы на предложение Глаши, тащила бы труп она. Эх, Петя, не умеешь ты распоряжаться дарами судьбы… — насмешливо бросил Валерон, кружащий рядом, напоминая со стороны самого обычного песика. — Нефиг валяться, вставай давай. Чем быстрее от него избавимся — тем лучше.
Пришлось встать, осмотреть тело, единственной особенностью которого оказалась приметная татуировка в виде черного солнца.
Валерон настоял на том, что ее необходимо срезать, что я и сделал. Лодки не было, но, оглядевшись, я обнаружил невдалеке приличных размеров корягу, поэтому труп в свободное плаванье отпускать не стал, пожертвовал собственной рубашкой, разрезал ее на полосы и скрутил из них веревку, чем и примотал к ногам трупа огроменный булыжник чуть ли не в вес фальшивого военного.
Валерон на корягу забрался, но указания не отдавал. Да они и особо не были нужны: я дотолкал груз примерно до середины реки и спихнул труп в воду, после чего с помощью коряги доплыл до противоположного берега. Избавиться от нее я не рискнул не только из-за важно восседающего Валерона: Петя плаваньем не занимался и вообще был довольно хилым молодым человеком, поэтому я не был уверен, что справлюсь без подручных средств.
На берег я выполз совершенно обессиленный. Но расслабляться было нельзя. Я набрал сушняка и запалил костер, воспользовавшись зажигалкой. Следовало согреться и спалить все лишние тряпки.