— Пойдем спать в баню? — предложил Валерон. — А то здесь стало как-то неуютно.
— Там еще одно искажение не откроется?
— Вряд ли. Они так близко и так часто не открываются. Но дверь бы я запер.
Честно говоря, хотя я дверь и запер, но спал до утра вполглаза и в обнимку с топором и, когда рассвело, встал с гудящей головой. Еще и тело ломило от неподходящих условий для сна. В школу артефакторов идти было рано, а вот на рынок — в самый раз.
Но для начала я опять помылся, потому что видок у меня был еще тот: нижние штаны в нескольких местах порваны, а сам я изгваздан в уже подсохшей крови тварей по самую макушку. Заодно отметил для себя, что нужно завести аптечку и таскать с собой не только оружие, чтобы успеть и отбиться, и профилактику заражения провести.
В дом я тоже заглянул. При свете побоище впечатляло куда сильней, чем ночью, хотя твари уже начали разлагаться и кое-где сквозь них поблескивали кристаллы. Копаться в потрохах ради добычи я не стал, решил, что если уж Валерон сказал, что все это распадется до праха, то лучше подождать, а пока сходить и докупить нужное.
У входа на рынок стояло несколько телег с дровами, я сразу вспомнил, что хотел их для бани и тут же с одним мужичком сговорился, с условием, что я сейчас закуплюсь на рынке, доплачу целковый и все вместе отвезем. Носился я как метеор, потому что запланировал купить много, а как только взгляд на чем-то задерживался, понимал, что это тоже мне нужно.
Посуда нужна? Нужна. Вот я и задержался у прилавка с расписной глиняной. Взял четыре миски и столько же кружек, потом к ним добавил еще и ложки. Вилок почему-то не было — наверное, спросом не пользуются. От самовара я все же отказался, но купил чайник и маленький ковшик для варки кофе. Заодно выяснил, что продавцы из деревень только-только подтягиваются, потому что большинство едет издалека.
К набору добавились веник, полотенца, перина, тяжелое стеганое одеяло, толстая пуховая подушка, постельное белье, утюг, совок, кочерга, две корзины, которые тут же забил продовольствием. Даже мешки с гречкой, рисом и пшеном купил — не самому же тащить, а поесть люблю не только я, но и Валерон. Конечно, мешки были маленькие. На четверть пуда, но все же мешки, поэтому радовало, что тащить на своем горбу не придется.
Картошкой решил довольствоваться той, что в погребе, а вот морковь, свеклу, капусту и лук с чесноком взял. Молоко пришлось покупать вместе с крынкой, как и горшочек со сметаной. Поскольку я оплатил как за новые, хозяйка осталась довольной и предлагала заходить еще.
Завернул в мясной ряд, купил шматок свинины и отдельно сала — очень уж мне оно понравилось от Матвея Ильича, способ засолки я у него выспросил, хотя подозревал, что больше зависит от качества самого сала, чем от остального.
На этом покупки я завершил и скомандовал везти все ко мне в дом.
Еще по дороге на рынок я заметил на улицах вооруженных людей, ходивших с попискивающими артефактами, а сейчас их стало еще больше. И это было тревожным признаком.
— Не знаете, что они делают? — спросил я мужичка.
— Дык, это, — удивился моей непонятливости мужичок. — Грят, искажений ночью было три. Два нашли, третье — нет, а это значит, что у тварей база появилась. Вот и ищут ее.
Это выходит третье — мое? Не дело, что столько людей ищут то, чего уже нет, поэтому я попросил мужичка притормозить и рванул к одному из тех, у кого в руках пищали артефакты. Был он явно не из простых: и военная выправка видна, и привычка повелевать, и подходили к нему другие проверяющие с отчетами. Я даже Поиск осколков на него направил, но тот ничего не обнаружил. Так что это либо не князь был, либо он с собой осколки реликвий не таскал.
— Добрый день, говорят, вы не можете место искажения найти.
— Есть такое. Что-то по нему можешь сказать?
— Могу. Оно у меня в доме ночью открылось.
— Неужели? — хмыкнул мужик. — И ты геройски всех уничтожил?
— Пришлось. Можете проверить.
— И проверю. Обязан. Не дай бог, ты соврал. Пустобрехов не люблю.
До моего дома было уже недалеко, добрались мы быстро, я раскрыл ворота для телеги, забрал корзины с продуктами, чтобы выставить их на кухне, и пошел показывать мужику, что творится у меня в комнате.
Куча еще осела, но все же выглядела впечатляюще. А вот кристаллов неожиданно виднелось меньше. Неужели кто-то залез, пока меня не было? Валерон же оставался на охране, а он скорее умрет, чем отдаст свое.
— Мать честная, — присвистнул мужик. — Чем ты их так?
— Топором, — скромно сказал я.
— Один?
— Помощников не было. Повезло, что искажение маленьким было, лезли по одному.
— Да иной раз из большого меньше вылезает. — Он почесал в затылке. — Ну ты, паря, даешь…