— Да ты чертов гений! — восхитился Валерон. — По поводу соседского сарая все равно сходи. Заодно и выяснишь, можно ли в тех городах вложиться в недвижимость. Лет-то не так много прошло. Кирпичное точно осталось. Нам нужен приличный дом и большое производственное помещение. Бери в обоих городах, чтобы наверняка. В одном будет торговое представительство.
Валерон настолько возбудился от открывающихся перспектив, что еще долго не уходил, генерил идеи одну за другой. Ушел, лишь когда я намекнул, что Астафьев может смыться, а я — не выспаться. Но и то перед уходом выдал, что я должен раздобыть схемы городов, а то подсунут здание на окраине, и все. Успокоился, когда я пообещал, что ничего без его одобрения покупать не буду. Обещал я без всякой задней мысли. Денег-то все равно нет, а плату восстанавливаемой энергией принимает только Валерон.
Я лег и попытался расслабиться, что получалось с трудом — взбудоражил меня разговор с Валероном. И информация о зачаровании на владельца тревожила. По всему выходило, что оружием лжевоенного пользоваться не стоит, пока не проверю, есть там чего или нет. Мне такие сведения пока не попадались, хотя они наверняка были в курсе артефакторики.
— Тьфу ты, из-за тебя чуть не забыл выгрузиться, — внезапно прозвучал рядом со мной голос.
— Думал, что ты уже у Астафьева бдишь, — зевнул я.
— С полдороги вернулся. Я ж перегруженный.
Он замолчал совсем ненадолго, видно, отходил выгружаться.
— Слушай, там под полом уже кто-то хранилище сделал. Нехилое такое.
Я сразу проснулся. И подскочил на кровати.
— Астафьев? Не зря же он так в дом рвется?
— Довод. Сейчас смотреть не будем. Во-первых, там много. Во-вторых, соглядатай под боком. Пойду слушать Астафьева. Без меня чтобы не лез смотреть, что под полом.
Судя по его поведению, захоронка была весьма приличной.
— А что там?
— Мешки. Внутрь не лез. Разбирать долго. Если судить по внешнему виду, запрятаны не так давно. Всё, я пошел.
— Стой!
— Что такое?
— Нужно наши вещи в другое место засунуть. Вдруг положивший придет за своим, когда никого из нас не будет, и заберет и наше?
— Довод, — согласился Валерон. — Тогда я под пол бани засуну. Там влажность высокая, долго держать нельзя. Но это же ненадолго. Деньги только забери и бумаги все.
В этот раз он ушел с концами, и я наконец уснул, хоть и поворочался перед сном в размышлениях, что лежит под полом. Вот ведь… Мог бы проковырять хотя бы один мешок, псина вредная…
Матвей честно отдежурил всю ночь и поутру выглядел сонным и невыспавшимся, в отличие от остальных артельщиков. Те пришли собранными и готовыми выяснять дело с Астафьевым до победного конца. Поэтому даже в полиции за меня говорил Демин, пока полицейский его не прервал.
— Егор Ильич, Воронов в вашей артели?
— Я доверяю Егору Ильичу говорить от моего лица, — ответил я вместо Демина. — Они тоже заинтересованные лица, потому что в результате деятельности Астафьева потеряли артефактора.
— Это еще не доказано.
— Воздействие на мой разум доказано. Общался я до разговора с целителем только с Астафьевым и его приятелем и полицейскими. Выбор не такой уж большой.
— Проверим.
Полицейский протянул руку за бумагой от целителя, но был остановленным возмущенным возгласом от Демина:
— Э, нет, Петр, не отдавай. Потеряют, как есть потеряют, а вторую тебе никто не даст. Время-то прошло.
— Я зафиксирую подлинность и верну.
Полицейский аккуратно перенес данные с моего листка на другой, зафиксировал подписью и печатью, после чего действительно вернул заключение целителя. Вообще, вел он себя на редкость спокойно, как будто это не у них под носом обворовали князя на целую реликвию, чего, похоже до сих пор никто так и не заметил. Даже сам Куликов. Вот ведь какой невнимательный князь.
После полицейского участка я направился к Матвею и купил его старый боевой топорик. Выглядел он попроще, чем тот с которым артельщик сейчас ходил, но было видно, что оружие — рабочее, не раз побывавшее в переделках и спасавшее жизнь хозяину. Из улучшений там была руна автозаточки, которую ставили почти на все рубящее оружие с магией, и внедренное огненное плетение, позволявшее с какой-то вероятностью поджечь противника. Последнее по желанию можно было сделать неактивным. Еще там было прибавление по единичке к ловкости и силе владельца. Это пришлось принять на веру, хотя врать теперь уже бывшему владельцу смысла не было: я всегда могу пойти и проверить.
— И ковка от человека с кузнечным делом. Начальным, конечно, поэтому и ловкость, и сила по минимуму, — пояснил Матвей, уже широко зевавший. — Добрый топорик-то, я с ним скока прошел.