Им приглянулся черный костюм, матовый, как надо, с белой рубашкой и красной бабочкой, который одним своим видом делал витрину элегантной. Пиджак и брюки подходили идеально, а вот рубашку и бабочку Карина заменила на черные, чтобы ни одного светлого пятнышка на нем не осталось. Зайкин презирал все бесцветное и приталенное. В таком костюме он должен был чувствовать себя максимально некомфортно.
Из примерочной парень вышел с опущенной головой, что сильно портило строгий вид. Хотя с гордой осанкой он смотрелся бы роскошно — готовый жених на загляденье. Карина влюбилась в него по новой, подумав на заднем плане, что костюмчик на свадьбе еще пригодится.
Она встала рядом с ним перед зеркалом. Зайкин безвольно опустил руки.
— Ну, как? Паршиво? — с воодушевлением спросила девушка.
Продавец вытянулся в лице. Парень бросил в него улыбчивый взгляд, а на Карину перевел уже удрученный.
— Ты прям в точку попала. Стремнее видок не придумать.
— Я знала.
Она светилась от самодовольства. Мужчина преподнес палец к виску — не удержал жест, но сделал вид, будто хотел почесать начинающуюся залысину.
— И туфли, — Карина принесла самые скучные из всех возможных без каких-либо особенностей.
Взгляд Зайкина упал на броги, как у продавца, только черные, но она даже их не разрешила купить.
— Я тебя одеваю, — девушка передала мужчине ботинки, чтобы завернул к костюму.
Тот глянул на парня с сочувствием. Они кивнули друг другу.
— Спасибо за покупку! — консультант прощался с ними, как с нежеланными родственниками, которые, наконец-то, уехали, — улыбался широко и махал рукой, чтобы побыстрее выметались.
Карине так и хотелось показать ему язык, забавы ради, чтобы хоть чуть-чуть сбить пафос. Осознав это глупое желание, она глянула на Зайкина и не без гордости заметила: «С кем поведешься».
Веселый настрой сохранялся недолго. Только они отъехали от бутика, как ей пришло сообщение от Жерара — пара как раз закончилась. «Сбежали вместе? Как романтично», — он не использовал смайлы, но она читала ухмылку.
«Ты о чем? Я себя просто плохо чувствую сегодня», — написала она через пять минут, хотя над оправданием не заморачивалась, выслала первое, что пришло в голову.
«Зайкина сегодня тоже не было. Вы, видимо, вместе себя плохо чувствуете», — Жерар ответил сразу.
Карина быстро выбешивалась. И сейчас закипала. Зайкин посмотрел на нее вопросительно, но был вынужден параллельно следить за дорогой в быстром потоке на набережной.
Пальцы уже напечатали: «А тебе-то что?», но стерли и перепечатали: «Жерар, давай, оставаться адекватными взрослыми людьми, которые соблюдают договоренности». Ей показалось это самым разумным и нейтральным, что можно было написать.
«Ты первая нарушила
Отказала мне в свидании
По его прихоти
Ничего не объяснила
Ты теперь с ним?».
— Блин, как я ненавижу все эти выяснения отношений, которых нет, — проворчала она в голос, повторяя за Настеной.
Зайкин заулыбался и добавил скорости, чтобы обогнать попутный минивэн.
— Зачем вообще было заводить такие отношения?
— Не знаю, — девушка откинулась на спинку. — Дура была.
— Вообще-то ты не особо изменилась, — прозвенел смешок.
— Зайкин, блин! Не беси меня!
Руки судорожно искали что-нибудь тяжелое, чтобы пульнуть в него, но вокруг было пусто, ничего без ущерба от автомобиля не отсоединялось. Поэтому она просто пыхнула, как рассерженный несвободой зверь.
— Да кто ж знал, что у него крыша поедет, — досадовала в потолок.
— Ну, ты такая, роковая красотка, мужчин с ума сводишь, — в голосе парня не слышалось насмешки.
— Ага, всех кроме тебя.
Взгляд упал на его фигурный профиль. Рот против воли раздавился в улыбку.
— Я просто с рождения двинутый.
Персиковые губы послали ей воздушный чмок. Карина хихикнула и игриво захлопала ресницами, а потом пришлось вернуться к переписке с Жераром.
«Я ни с кем, — настрочила в ответ. — Я сама по себе».
«Тогда давай, встретимся».
«Точно не сегодня. Мне, правда, нездоровится. Я напишу».
«Хорошо».
Девушка посмотрела на Зайкина и поняла, что теперь обязана порвать с Жераром окончательно, к чему бы это ни привело. «Сделаю это завтра», — успокоила себя на сегодня.
Сообщать Зайкину о встрече с Жераром она не стала, чего-то боялась или стыдилась. Думала, он поймет все неправильно. А они ведь только помирились. Карина вспомнила утренний эпизод в комнате родителей. Неудовлетворенное желание перекрылось досадой. Бесилась на собственную несдержанность. И еще больше на то, что забывалась, слепла и глохла, когда была с Зайкиным. Переставала реагировать на окружающий мир, других людей, время. Отдавалась ощущению счастья, которое дарила его близость. Боялась себя, потому что все меньше могла контролировать. Он держался явно лучше.