Переборов нежелание дрочить на камеру, обмазавшись маслом, модель вышла в онлайн. Первое время ломала голову, как бы сделать стрим поинтереснее, но в таком меланхоличном настроении хотелось просто сидеть у окна, обернувшись пледом, пить чай и обжираться конфетами. Еще лучше, если бы кто-то обнимал, кто-то любимый, с синими глазами.
Потом прилетели токены на показ себя сзади. Карина встала на четвереньки и покачала попой на камеру. Заигрывала с мемберами, оттягивая резинку стринг, хлестала себя тонким кружевом, водила пальцами по ягодицам, очерчивая округлость форм, шлепала легонько, чтобы создать красивую волну возбуждения. Работало — токены сыпались дальше. На сиськи, на обсасывание дилдо, на то, чтобы засунуть палец в «киску» и на другие приятные для мемберов мелочи.
В групповом чате она уже оголилась полностью, пританцовывала с широко распахнутыми ногами, поливала себя маслом и дотягивалась языком до сосков. Наскребала токены, чем могла. Группа разошлась через десять минут и стала просить погорячее, да платить охотнее. Приятный слуху медный звон бодрил.
Из группового чата она и сама вышла разгоряченной. Кокетничала с активистами в общем чате. Подмигивала, целовала воздух, облизывала губы и пальчики. Пока не вылезло приглашение в приват. Карина обрадовалась.
Нового мембера она встречала обворожительной улыбкой и развратной позой, сразу раздвинула ноги и слегка наклонила корпус, чтобы грудь вываливалась вперед.
На экране появилось полное лицо, омраченное печалью. Это было красивое лицо, с большими зелеными глазами и мягкими губами насыщенного сливового цвета. Маленький нос терялся в мякоти щек. Жидкие волосы блестели. Со лба стекали струйки пота.
Мужчина был среднего возраста, раздет по пояс и имел гладкую кожу, даже на груди торчало всего три волосинки. Вокруг розовых сосков образовались жировые складки, как женские груди, которые растекались в стороны по животу. Округлый и розовый, он слегка напоминал Пятачка из советского «Винни Пуха». И заговорил почти таким же писклявым голосом по-английски.
— Конечно, не узнаешь меня.
Карина вглядывалась недоуменно, но внутри уже догадалась, кто перед ней сидел, старый поклонник, которого она никогда не видела и не слышала, который всегда был только ником и текстом.
— ЭрПи, — сорвалось с губ.
Она вернула себе нормальную позу. Сумятица в душе пока не позволяла осознать, что испытывала: удивление, радость, досаду.
Мужчина расплылся в улыбке, идеально ровной, белоснежной, по-голливудски искусственной.
— Ты пропала в самый нужный момент, — улыбка сузилась до тонкой щели.
— Меня уволили из студии. Я не могла попрощаться.
Девушка не хотела поднимать виноватые глаза. Совесть раскалывала душу. Жалость заполняла полости.
— Я так и думал, — сказал он тихо, опустив длинные ресницы. — Мне хочется верить, что хотя бы ты меня не бросала. Мне такое пришлось пережить.
Он резко изменился, раз пришел с аудио и видео, абсолютно открытый и обессиленный. Красивое лицо содержало отпечаток страданий. Глаза покрылись дымкой тяжелого сожаления.
— Что случилось? — Карина прильнула к экрану, вживую бы попыталась дотянуться до его руки, но уперлась ладонью в столик.
— Я пытался покончить с собой, — тонкий голос затвердел, точнее оброс коростой боли. — Но меня откачали.
— Из-за чего? — с легким раздражением спросила Карина, не могла принять такой поступок.
Она помнила, как у него все налаживалось — появилась любимая девушка, которой он собирался делать предложение. Когда уходила из студии, радовалась, что он нашел близкого человека, и уже не будет так в ней нуждаться. Стало ясно, что пошло не так.
— Помнишь, девушку, с которой у меня был секс?
Модель кивнула, подумав, как странно он ее называет. Не невестой, не возлюбленной, не своей девушкой. Приготовилась слушать и разглядывала на фоне нечеткие очертания комнаты: бесцветные прямоугольники постеров, открытые полки с игрушками, широкую кровать с мятым одеялом.
— Моя мать специально ее наняла, — зеленые глаза наполнились прозрачными слезами. — Она ходила на свидания со мной, как на работу, получая плату за каждое.
Все линии за ним слились в сплошную черноту, из которой кто-то выл — совесть. Карина поелозила на диване и разгладила клавишу пробела на ноутбуке, внимала дальше.