Догус резко повернулся к ней:
– Откуда знаешь это?!
Она рассмеялась и вновь ударила ладонью по груди глупого телохранителя:
– Догус, это логично.
Догус замолчал. Она толкнула его:
– Ну, не обижайся. Рассказывай твою версию.
– Это не версия. Для таких ситуаций есть точное, прописанное правило: разыграть сцену. Театр, понимаешь?
Она хотела раскрыть рот, сказать что-то. Но он положил свой палец на ее рот.
– Будешь умничать, перестану рассказывать, что было дальше!
У Ребекки взгляд остановился на серьезном лице рассказчика. Ее глаза заблестели.
– Я начал его умолять, что я тут не причем. Что я не профессионал. Мол, дети, жена, родители. Достал медленно свой пистолет и бросил к нему под ноги. Я заплакал. Просил пощады у него. Мол, убивай клиента, только пощади меня. Я упал на колени и начал ползти как пресмыкающееся, продолжая умолять пощады и плакать.
Ребекка скорчила от недовольства на лице, будто разочаровалась чем-то.
– А он что?
– Он триумфально смотрел на нас. Сказал брату, мол, видишь, какой хлам тебя охраняет. Ну, и дальше понеслось. Почему и потому хочу тебя на тот свет отправить.
– Ну, а ты что делал? – разочарованно спросила девушка.
– Продолжал ползти как пресмыкающееся.
Это окончательно вывело из себя девушку:
– Ты оказывается трус, Догус. Этого я от тебя не ожидала! Так низко пасть! Где твоя гордость тогда была?
– Хорошо. Как бы ты поступила бы вместо меня?
– Я бы подстрелила эту собаку, – громко воскликнула девушка.
– Хорошо, допустим. Ты подстрелила брата клиента. А потом?
Она хотела эмоционально ответить. Он вновь пальцем закрыл ее рот:
– А на утро виноватым станешь ты. Все, твой клиент, его большая родня, будут перед судом говорить, что у брата не было злого замысла. И этот нерадивый телохранитель отнял жизнь у невинного человека. Он же был пьян. И хотел просто напугать брата. И даже не было в замыслах родного брата подстрелить. Что скажешь, умная?!
Она упала на спину и прошептала:
– Да. Правда. Сложная ситуация. Ммм, что ты сделал?
Догус повернулся к ней:
– Надо было играть свою роль дальше. И я упорно продолжал ползти и молил о пощаде. Пока не приблизился на допускаемое расстояние до броска к источнику угрозы. И в последний момент дернул за его ноги. Тот упал на спину. Раздался выстрел. Но в потолок. Я его обездвижил. Мы все остались целы.
– Гениально, Догус. Но растоптана честь.
– Так что важно: честь или жизнь?
– Честь! – гордо произнесла девушка.
– Возможно, ты и права. Но я работаю точно по прописанным правилам, хочу я это или нет.
– Значит, у Вас нет чести! – она отвернулась от Догуса и мгновенно заснула.
Догус приподнялся, осмотрелся через окна машины вокруг. Накрыл гордую девушку одеялом и отвернулся от нее. В салоне бронированной машины наконец-то воцарилась тишина.
Глава 12
Утренние лучи разбудили девушку. Она неохотно открыла глаза. Догус продолжал тихо храпеть, лежа на спине. Голова Ребекки лежала на его широкой груди, а ее рука обнимала его. Она очнулась, осознав недопустимое положение своего тела, начала от него отползать. Затем вдруг передумала и обратно заняла свое место, в объятиях своего телохранителя. Она закрыла свои глаза и притворилась еще спящей. Догус глубоко дышал и качал почти лежащую на себе девушку. Она явно наслаждалась этим моментом. В ее голове начали проноситься мысли: «Так долго искала под свой рост парня, с которым могла бы так лежать. И вот нашла. Но вот разочарование: он не мой парень. Он мой телохранитель. Как же несправедливо. Хотела парня светлого, нашего. Но не думала, что такие смуглые мне больше окажутся по душе».
Догус будто слышал мысли бесстыдной девушки и зашевелился. Ребекка все продолжала притворяться спящей. «Пожалуйста, не просыпайся. Так удобно лежу. Полежи спокойно еще минут пять». Догус взял ее руку, которой она обхватила его. Шли секунды. Девушка наслаждалась прикосновением рук. И оттого начала ласкать его грудь головой.
Догус открыл глаза. Увидев девушку на себе, взял нежно ее руку и отодвинул в сторону. Затем отодвинулся от нее, чуть привстал и посмотрел на нее. Она спала. Он накрыл ее одеялом и медленно открыл двери, выйдя на улицу. А там, несмотря на начало лета, было прохладно. Так всегда в такие сезоны в Германии. Он осмотрелся вокруг и начал растягиваться, будто задумал утреннюю зарядку.
Реббека продолжала лежать и ругать в уме Догуса за то, что она так рано проснулся. Делать было нечего, она привстала и вышла из машины.
Догус, увидев ее, широко улыбнулся. Он ничего ей не сказал, вместо этого полез в багажник, откуда достал свой джинсовый пиджак и накрыл им девушку.