– Докладывай, солдат.
– Тебя ждут в штабе.
Через минут двадцать он уже был в другой палатке, где перед столом, на котором лежали обрисованные карты и документы, сидели офицеры.
– Присядь, Догус. Возьми эту карту.
Он взял ее в руку и начал изучать пунктиры и круги разного цвета.
– Как их обнаружили? – удивленным голосом спросил он офицеров.
– Пленница одна убежала. Оказалось, что она хорошо разбирается в местности, – сказал один из офицеров.
– Слушай, Догус, завтра на заре твоя команда отправляется на миссию по спасению пленниц. Эта девушка будет вашей проводницей.
– Она не боится вновь к ним попасть? – спросил Догус.
– Там остались ее двое младших сестер. Ей нечего терять. Ведь эти ублюдки могут хоть завтра вновь напасть на ее деревню. Было бы хорошо их уничтожить в логове. Мы можем направить туда бомбы. Но сначала заложники должны быть спасены. Вобщем, надо попытаться это сделать.
С рассветом отряд Догуса и девушка двадцати лет по имени Адед вошли вглубь джунглий. Сначале они шли в одну шеренгу, прорезая заросли и густой туман после ночного проливного дождя. Когда солнце встало, наземные облака рассеились – и стало чуть легче дышать. GPS-устройства показали, что они будут на месте на следующий день к вечеру. Поэтому темп не сбавляли и на перевалы садились редко. Они должны был начать операцию спасения завтра ночью.
Несмотря на близкое расположение друг к другу, во время военных действий они общались друг с другом через рацию. У каждого был вмонтирован наушник в правом ухе и маленький микрофон, подведенный ко рту. Таковы были правила поведения в данном условии. В бой они могли бы вступить в любой момент.
Связь со штабом непрерывно держал радист отряда Оливер, он должен был непрерывно находиться рядом с командиром – Догусом. Оливер – самый юный в отряде и самый слабый по физической подготовке, родом из бывшей Чехословакии. Веселый и романтичный парень.
Ночь прошла спокойно. Лишь к утру появился шум стрельбы издалека, километров за десять. Оливер связался со штабом, узнать, есть ли изменения в разведданных. Оттуда подтвердили, что все вокруг должно быть чисто и они могут продолжить путь по намеченному маршруту. Они так и поступили: шли дальше, пока вновь к обеду не услышали шум стрельбы.
Но на этот раз звук становился все ближе, и теперь по всем направлениям.
Один из солдат подбежал к Догусу. Его звали Вартаном. Парень был родом из Армении и назначен вторым лицом, после Догуса, в роте.
– Догус, тебе не кажется, что нас в окружение согнали. Они нас ждали, брат!
– А разведданные, Вартан? Мы как-то должны им верить.
– Я не верю им, Догус! Что будем делать?
– Прорываться! Разделяемся по парам и пока держим периметр! Как понял, солдат?! – прокричал командир.
– Так точно! Есть выполнять! – он отбежал от командира и начал командовать оставшимися солдатами. Догус с радистом заняли оборону в западном направлении по флангу. Африканской девушке велели остаться посередине оборонительного круга.
Времени на обдумывание стратегии прорыва не оставалось, они уже ввязались в бой. Ощущалось явное преимущество как в вооружении, так и в количестве врага.
Те начали бомбить легионеров гранатометами вперемежку с непрерывными автоматными очередями.
Догус слышал, как сзади, спрятавшись в заросли, в трубку орал Оливер, прося вертушку. Местонахождение их центр знал, но враги оставались незаметны из-за отсутствия спутника, который был только на подлете к данной орбите. Отряд оставался вне спутниковой визуализации. Штаб попросил им держаться несколько часов, при этом знав, что подобные бои длятся несколько десятков минут.
Очередной взрыв откинул Догуса от своей позиции. Оливер, отстреливаясь, подполз к командиру и, увидев его бездыханное тело, крикнул в микрофон:
– Вартан, командир мертв. Командование на тебя.
– Ты связался со штабом?! – Стоял грохот и дым, Вартан кричал в свой маленький лицевой микрофон. – Отвечай, Оливер! Прием!
Из-за густой растительности ребята не видели друг друга. Так что Вартан не мог видеть, что Оливер мертвый лежит рядом с командиром. Ему ничего не оставалось делать, как собрать вокруг себя оставшихся бойцов.
Через несколько минут перед ним сидели всего трое уцелевших из всей команды.
– Ну, что, ребята, кажись, наш последний бой. Повоюем напоследок, братья, – улыбаясь, сквозь слезы железным тоном сказал Вартан и достал пехотинский нож. Он еще раз посмотрел на своих бойцов: