– Догус, ты погладь, погладь-то шубу свою.
Он начал гладить свою шубу. В мгновение его сердце заколотилось, дыхание прервалось, на лбу выскочили капли пота.
– Это волк тот…
– Аааа, молодец, узнал супостата, – довольно сказал Костя.
– Эта и есть неуловимая волчица, которая тебе лицо откусила, – продолжил Иван.
Матвей подошел к нему и, показав пальцем на свое лицо, сказал:
– Ничего, мужик. И с таким лицо тоже можно жить. А шубу я тебе от души сшил. Носи на здоровье. Знай, что теперь и волчьей силой обладаешь.
– Ага, и волчьим запахом тоже? – рассмеялась его жена, Маша.
– Цыц, женщина. Много понимаешь в наших делах. Запах этот пройдет, – он улыбнулся и погладил по шубе.
– Ты вот выйди на улицу, как раз проведешь нас и проверишь на морозе, – подключился Кирилл.
Они вышли все во двор. Было уже почти темно. Лошади топтались и ржали, будто заждались людей. От мороза они покрылись инеем и выдыхали густой пар.
Догус приподнял высокий воротник и спрятал свое лицо в нем. Он почувствовал не только теплоту от новой шубы, но и силу. Смертельно красивую силу русской тайги…
Глава 38
Через две недели жизни в хуторе с веселыми бородачами Догус сам стал чем-то на них похож. Они вместе охотились, рыбачили. Вечера проводили своеобразно. В одном из деревянных пристроек дома Ивана стояли большие дубовые бочки. Одна из них уже легко открывалась деревянным колпаком. На этой крышке лежала пластмассовая поварешка. Открываешь крышку, черпаешь поварешкой жидкость из этой бочки, наливаешь в деревянную крошку и пьешь. А жидкость это называлась медовухой – забродившая медовая жидкость до десяти градусов в спиртном измерении.
Но медовуху надо пить после бани. В баню они ходили по очереди: в один день к Косте, на другой – к Ивану. Бани были недавно срублены хозяевами, так что аромат хвойный насыщал густой пар. После парилки и снежных процедур тело крепчало. Легкие расправлялись – и дышать становилось Догусу все лучше и лучше. Его здоровье шло быстро на поправку, но он похудел и оброс бородой, так что мало чем отличался теперь от местных аборигенов.
Воспоминания о прошлой жизни отгонял от себя. Ему страшно хотелось вернуться в Европу, но нынешнее физическое состояние вызывало сомнения. А примет ли его Ребекка? Кому он нужен такой: весь израненный и изуродованный бывший телохранитель.
Возможно, его место уже здесь, в тайге, среди похожих на него людей. Особенно, после того как он несколько раз съездил в село, к староверам. Он чувствовал себя здесь в своей тарелке.
Утром рано он запряг лошадь к саням и поехал в село. Там у него был сегодня очередной урок. Он начал преподавать иностранные языки. Класс был смешанным. В одной комнате деревянного дома за партами, которые сами мужики из кедра срубили, сидели школьники разных лет. Их было четырнадцать человек – от семи до пятнадцати лет. И одна учительница на всех. Маша преподавала географию, языки, математику, физику и т. д. Богословию их учил пожилой учитель.
Дети полюбили Догуса, особенно когда попросили его показать свои рубцы на теле после схватки с волками. Все мальчики ходили вокруг него и с восхищением трогали шрамы. Девочки в это время были на кухне и готовили еду всем ученикам и учителям обед.
– Так, теперь все оголяемся до пояса и выходим во двор на физкультуру, – прокомандовал мальчикам учитель иностранных языков.
Мальчики разделись и выбежали во двор. Догус с охотой им показывал после согревающих упражнений приемы единоборств.
Маша с интересом, а иногда со смехом наблюдала за новым учителем.
– Маша, все хочу тебя спросить. Почему на поясах мальчики носят тонкую веревку?
– Это наша старообрядческая традиция. Христианская, старого толка. Но времена, к сожалению, меняются. Нас уже правительство заставляет по их правилам жить. Начали выдавать нам паспорта, а мальчишек призывать на военную службу. Многие остаются в городах и обычных селах. Начинают жить по новым законам и забывают родные места.
Он ничего не ответил. Лишь посмотрел в грустные глаза Маши. Та повернулась к нему и спросила:
– Думаю, тебе тоже надо вернуться к людям. Я вижу, как ты страдаешь. Тебя там ждут.
– Мне хорошо здесь. С чего ты взяла, что меня там ждут?
– Женское сердце. Тебе надо вернуться к ней.
Прошел целый месяц после разговора с Машей. Она больше не возвращалась к теме возвращения его на родину. И все же, наступил тот день, когда нужно было уже решать.
Был обычный день. Когда Догус ближе к вечеру вернулся домой, на крыльце стоял Иван и с Костей о чем-то живо говорили.