Догус наконец-то оживился. На лице появилась улыбка:
– А когда могу приступить?
Увэ сделал удивленное лицо:
– Да когда хочешь. Только это… Ты укороти бороду. Понимаю, сейчас модно в Европе. Да и шрамы на лице прячешь. Но все же. И еще.
Он снова полез в свой компьютер. Потом широкой улыбкой посмотрел на Догуса:
– У тебя на счету хорошие деньги накопились.
Догус задержался еще на полчасика. Они болтали о своей работе. Прощаясь, Догус вдруг вспомнил:
– Слушай, куда ты Пирса дел?
– Он в иностранной командировке.
– Что, в России опять?
Увэ рассмеялся:
– В Калифорнии. Одну немецкую семью охраняет. У этой семьи каникулы. Боятся они тамошних аборигенов и гангстеров. Наверное, сейчас на пляже в купальнике валяется…
– Я рад за него, – сказал Догус и вышел из кабинета шефа.
Он задержался у секретаря еще минут на десять. Получил расчет в виде электронной банковской карты, на которой должны были быть приличные деньги. Секретарша вручила ему служебный мобильный телефон, в памяти котором были служебные номера.
Он так же узнал, что может еще поселиться в служебном доме до полной отставки. Так что ему было, где остановиться и привести себя в порядок до вечера.
Догу направился на набережную. В планах было купить себе одежду. Он тогда из Москвы вылетел в Хорватию, где несколько недель провел у себя дома. Там он восстановил свою идентификационную карту. Он не смог остаться в эти дни в своем лесном домике. От воспоминаний в первый же день убежал гостить к друзьям. Этот дом без Ребекки больше не дом. Уходя, Догус подумал больше не возвращаться в свой дом.
Сейчас ему хотелось просто прогуляться и подумать над своим будущим.
После покупок он выбрал кафе у берега и заказал еду. Мысли не шли. Он не знал, что делать дальше. Как вообще продолжить жизнь. Точнее, начать новую жизнь. «Мне надо увидеть ее. Увидеть. На минутку. Там мысли придут».
Из кафе он позвонил начальнику охраны концертным залом и уточнил, во сколько прибыть на работу.
Пообедав, взял такси и поехал в служебный дом. Дом был на самом деле особняком, со многими комнатами, туалетами и несколько столовых. В комнатах жили охранники, не имевшие своих квартир.
Догус не встретил там своих коллег. Все они были в разъездах. Познакомился только с двумя новыми сослуживцами, и то они оказались стажерами.
Он не стал с ними долго беседовать: зачем им знать, что может их ждать в такой работе.
Догус укоротил бороду, аккуратно закруглил по контуру лица. Задержался у зеркала: с такими рубцами, если и сделать операцию, он превратиться в другого человека. А нужна ли вообще ему операция? Это он узнает сегодня вечером…
Глава 40
В 17.00 Догус вошел в кабинет начальника охраны концертного зала. Нового временного шефа звали Юрген. Ему было уже примерно лет шестьдесят. Добрый приветливый дядька, с постоянной улыбкой на лице. С ним в кабинете находились еще двое сотрудников средних лет.
– Ну здравствуй, Догус. Тебя так, вроде, зовут? – спросил Юрген.
– Так точно, я Догус, но мне хотелось, чтобы здесь… – начал Догус.
– Я знаю, твой шеф меня попросил тебя Эриком называть. Так?
– Да, так, господин Куттруфф.
– Ох, оставь, парень. Называй меня просто Юрген. У нас тут не ваша строгая организация. У нас служба проще. Если что, вызываем полицию. Рацию ты получишь. Есть тревожная кнопка. Так что не напрягайся. Давай, я представлю тебя твоим новым коллегам. Сейчас подтянутся и другие. Еще до семи вечера есть время.
Юрген познакомил Догуса с ребятами. Все простые ребята из обычной охраны. Работа – не бей лежачего.
– Итак, разбиваемся на группы. Двое у входа, четверо в зале, двое в главных коридорах, двое в служебных коридорах. Постоянно быть на связи. Если что, друг друга заменять лил дополнять. Все как обычно. Я говорю, а новичок наш меня слушает, да? – шеф повернулся к Догусу.
– Все понятно, Юрген, – Догус одобрительно помахал головой.
– Самое главное место у нас где? – шеф бросил взгляд на всех сидящих перед ним охранников.
– На заднем дворе, перед служебным входом, – кто-то из молодых охранников отчеканил.
– Правильно! А почему, ответит наш новый коллега, Эрик.
– Туда приезжает артист и там обычно образовывается столпотворение из журналистов, папарацци, фанатов. Все кричат и шумят.
– Правильно! Но все же кое-что упустил. Туда с артистом приезжают и его охрана, которую мы что? – продолжал свой инструктаж Юрген.