- Пошли домой, или еще прогуляемся? – спросил Гарулл. Возвращаться в «Веселый заяц» не хотелось. И мы пошли бродить по затихающему Маерску, наслаждаясь удивительно теплым вечером.
Продолжение следует...
Главы буду выкладывать по мере готовности, ориентировочно раз в 2 - 3 недели
Глава 3. Святой Дубняк и прочие древности
Утром мы все дружно проспали. Суман смотрел на нашу троицу неодобрительно, но мы были довольны. Я впервые поняла, что в этой странной экспедиции у меня есть друзья, на надежное плечо и пушистый загривок которых я могу опереться. И поэтому, под неодобрительные взоры Лилочки, с удовольствием наложила себе полную тарелку яичницы, овощей, мяса, запила все это отваром шиповника я пирожками и подумывала, не взять ли мне еще блинчиков?
После завтрака я объявила, что буду чистить свой меч. Уксус и ветошь мне выдали на кухне. Хозяйка удивленно смотрела на то, как я, прихрамывая (мало того, что порезалась, так еще полночи гуляла по городу), пришла за нужными для очистки старого оружия препаратами, а потом, пристроившись на заднем дворе, неспеша начала обрабатывать лезвие подвальной находки. Вдоль узкой полоски поблескивающей стали вился растительный узор – листья, как у хмеля и крупные цветы. Часть узора и непонятная надпись были скрыты под слоем ржавчины.
- Уксус разъедает ржавчину… - задумчиво пробормотала я. – Много не начистить здесь, конечно…
С рукоятью было намного проще. Когда-то в оголовье небольшого одноручного меча был вставлен драгоценный камень. Сейчас там красовался речной голыш, видимо, подобранный по размеру и весу после того, как его предшественник исчез в лавке ювелира. Чуть ниже виднелась надпись – «св. Дубняк».
- Что за св. Дубняк? – спросила я у товарищей, мирно наблюдавших, как я терзаю меч.
- Наверное, имя мастера, отковавшего оружие, - предположил Ра-Рем.
- Или может систематы святому своему его посвятили, - эта версия принадлежала Гаруллу.
- Святой Дубняк! – вдруг прошептала хозяйка «Веселого зайца». - Неужели это правда! И он действительно был в этом доме!
После небольшого переполоха, вызвавшего в корчме оживление, потребовавшего жаждущим вина, пива, кваса и орешков на закуску (хозяйская дочь скрупулезно внесла все заказы в толстую тетрадь, чтобы позже выставить счет), выяснилось, что в Маерске когда-то был собственный святой именуемый Дубняком. Имя было говорящим – детинушка обращал в свою веру быстро и качественно, желающих отказаться от приобщения к благодати систематов не оказывалось. Но при этом Дубняк чувствовал магическую силу и мог творить с ее помощью чудеса. Так он жил довольно долго, пока однажды не вышел из города в одной кольчуге да кожаных штанах, но абсолютно безоружный и больше его никто не видел. Говорят, он присоединился к богам систематов, а может быть и защищает город от всяческой нечисти. Куда же делся его меч, никто не знал.
Сейчас хозяйка смотрела на, теперь уже мой меч, с нескрываемым сожалением – надо же было так глупо отдать его, да еще при полной корчме свидетелей! А ведь можно было повесить в большой зале над камином и брать за просмотр деньги!
Я же старалась не думать о том, имеют ли два скелета, найденных вместе с мечом, отношение к Дубняку и его могучему, но несколько ржавому теперь, оружию? Радовало только то, что я не верила в призраков, а значит, никакие Дубняки, и незнакомые скелеты ко мне ночью не явятся.
Суман Кауди же вдруг возжелал угостить всех присутствующих в честь обретения давно утраченной реликвии. Народ взревел и вскоре, несмотря на ранее время, начались тосты и истории, связанные с житием городского святого.
- Пошли ножны выбирать, - негромко сказал мне Гарулл и мы, пользуясь моментом, когда про нас все забыли, выскользнули в боковую калитку, прихватив с собой меч.
- Интересно, у меча есть какие-либо способности? – рассуждал мой спутник. - Например, рисунок загорается, когда нежить рядом, или звучать перед боем начинает?
- Он почти сотню лет в подвале пролежал, - с сомнением пожала плечами я, - наверняка все заговоры рассыпались за столько времени.
Оружейник меч святого Дубняка в ржавой железяке не признал, зато подобрал чудесные ножны, на которых повторялись те же цветы, что и на лезвии.
- А что это за узор такой? – поинтересовалась я, задумчиво ковыряя пальцем выделанную кожу.
- Да наш местный, им раньше и мечи украшали, и ножны, и колчаны для стрел. До Противостояния у нас здесь такие вьюнки росли, с красными цветами… А вот во время войны все их потравили, рассыпали здесь отраву какую-то, только на вьюнки и подействовала.