— Именно, — ответил Док. — И это объясняет, почему я не сообщил вам, ребята, куда мы направляемся. Я и сам не знаю, кроме того, что это как-то связано с Востоком.
— Хуан Миндоро — политическая сила в тихоокеанской островной группе, известной как Лусонский союз. Он самый влиятельный человек на острове. И вы знаете, что недавно произошло с Лусонским союзом.
— Они получили независимость, — сказал Хэм. — Теперь я вспомнил. Хуан Миндоро сыграл большую роль в избрании первого президента после того, как островная группа стала самоуправляемой. Но какое отношение это может иметь к делу?
Док пожал плечами. — Пока рано говорить.
Он взглянул на сканирующий диск телевизора. — Люди, которые пытались нас взорвать, ушли. Мы можем отправляться в путь.
Подводная лодка поднялась на поверхность. Над Саундом все еще висела пелена черного дыма.
Док втащил телевизионную коробку, которая следовала за лодкой. Затем подлодка набрала скорость. Она шла низко над водой, чтобы не привлекать внимания проходящих мимо лодок.
Однажды она нырнула, чтобы миновать шлюпку с газетными репортерами.
Глава 3
МОНГОЛЬСКАЯ УГРОЗА
Практически за каждой пристанью Нью-Йорка в тот вечер наблюдали газетные репортеры. Возвращение подводной лодки, ушедшей под полярные льды, стало большой новостью. Тот факт, что люди, находившиеся на борту субмарины, не желали никакой огласки, сделал эту историю еще более громкой. Каждая газета стремилась первой опубликовать ее.
Сорок или около того человек отправились в Арктику, но вернулись только шестеро. Вот это да! Редакторы городских газет ругались по телефону на репортеров. Фотографы носились по городу, отвечая на ложные сигналы тревоги, поданные «ястребами», которые приняли гребные лодки и грязные баржи за подлодку. Все потеряли много сна.
В отдаленном уголке гавани стоял на якоре старый ржавый пароход. Капитан этой древней громадины, он же владелец, оказался знакомым Дока Сэвиджа.
Вскоре после полуночи этот капитан выгнал всю свою команду из коек. Они спустились на воду и помогли подводной лодке «Хеллдайвер» встать рядом с пароходом-бродягой. Никто с суши не обратил внимания на этот инцидент.
К берегу подплыла шлюпка. На ней было небольшое состояние в золоте и бриллиантах — сокровища, которые Док привез из Арктики. Броневик и дюжина охранников с ружьями наизготовку встретили шлюпку и приняли богатство. Это также ускользнуло от внимания репортеров.
Катер совершил еще несколько рейсов, пока все сокровища не оказались на пути в банк, работающий всю ночь.
Док и пять его людей сошли на берег с последним грузом. Утром репортеры газет обнаружили бы подводную лодку, привязанную к пароходу, но капитан бродяги не мог понять, как она туда попала.
Всей этой арктической подводной экспедиции суждено было стать загадкой, которую ястребы новостей никогда не разгадают.
Такси отвезло Дока и пятерых его людей в центр города. Док ехал снаружи, с голой головой, стоя на подножке. Так он обычно делал, когда грозила опасность. С этой позиции необычные золотистые глаза Дока мало что упускали — у снайпера почти не было шансов попасть в них, прежде чем его обнаружат.
Такси остановилось перед самым впечатляющим зданием в городе. Небоскреб устремился ввысь, огромный белый шип из кирпича и стали, почти сто этажей.
В этот час на тротуаре было мало людей. Но те, кто был, останавливались и откровенно глазели — настолько поразительной была фигура Дока Сэвиджа. Большой бронзовый человек производил фурор везде, где бы он ни появлялся.
Док и пятеро его людей поднялись на скоростном лифте на восемьдесят шестой этаж небоскреба. Здесь у Дока была штаб-квартира в Нью-Йорке — богато обставленный кабинет, одна из самых полных библиотек технических и научных трудов, а также тщательно оборудованная химическая и электрическая лаборатория.
У Дока была вторая штаб-квартира, оснащенная еще одной библиотекой и лабораторией, самой полной из существующих. Однако она находилась в месте, которое он называл своей «Крепостью одиночества». Никто не знал о ее местонахождении. В это убежище Док уходил через частые промежутки времени, чтобы посвятить себя интенсивной учебе. В такие моменты он исчезал так же внезапно, как будто исчезал с лица земли. Никто не мог с ним связаться.
Именно эти периодические исчезновения, как ничто другое, создали Доку репутацию человека-загадки.
Монк положил свою мохнатую тушу на дорогой инкрустированный стол в кабинете и принялся скручивать себе сигарету.
— Ты договорился по радио о сокровищах? — спросил он Дока. — Я имею в виду — о том, на что пойдут деньги.
— Об этом мы позаботились, — заверил его бронзовый человек.
Они знали, что это значит. Деньги должны были пойти на расширение странного учреждения, которое Док содержал в штате Нью-Йорк, — туда Док отправлял всех пойманных им преступников. Там нарушители закона проходили удивительную процедуру, в ходе которой их мозг оперировали и стирали всю память о прошлом. Затем они проходили обучение, которое превращало их в полезных граждан.
Это необычное учреждение было собственной идеей Дока. Он никогда не отправлял преступников в тюрьму. Все они попадали в это учреждение, где их оперировали специалисты, которых Док обучил. Их выпускали на свободу полностью исправившимися — они и не подозревали, что когда-то были мошенниками.
— Здесь немного душно, — пожаловался Хэм.
Он перешел к окну и распахнул его. На мгновение он замер, глядя на впечатляющую панораму Нью-Йорка, раскинувшуюся внизу. Затем он отвернулся.
Мгновение спустя голубь шиферного цвета взлетел и приземлился на оконный карниз. Док и его люди не обратили на это особого внимания. Голубей вокруг небоскребов было много.
— Что мы будем делать дальше? — поинтересовался Хэм.
— Вы, ребята, разбегайтесь и занимайтесь своими личными делами, если в этом есть необходимость, — предложил Док. — Нас не было несколько недель, и неизвестно, что нас ждет теперь. Возможно, это продлится дольше.
— У меня есть секретарь, который занимается моими делами, — усмехнулся добродушный Монк. — Лучше позволь мне пойти с тобой, Док.
Монк гордился своей секретаршей, считая ее самой красивой в Нью-Йорке.
— Ничего не поделаешь, — сказал Док. — Для беседы с Хуаном Миндоро нет потребности в нашей армии.
Голубь на оконном карнизе не шелохнулся.
— Ты знаешь, где найти Хуана Миндоро? — спросил Монк.
— По его сообщению, он скрывается в доме человека, который был с ним, когда я видел его в последний раз, — ответил Док. — В последний раз я встречал Хуана Миндоро в Мантилье, столице Лусонского союза. С ним был Скотт С. Осборн, импортер сахара, который ведет крупный бизнес в Лусонском союзе. У Осборна есть дом на северной окраине города. Я пойду туда.
Джонни по-совиному прищурился сквозь очки с толстой левой линзой, изучая голубя. Он снял очки. На самом деле он прекрасно видел и без них.
— Вот что я называю сонным голубем! — хмыкнул он. — Он не шевелится.
Док посмотрел на голубя — взгляд его стал неподвижным.
Внезапно в кабинете раздался странный звук: трель, мягкий, приглушенный звук. Возможно, это была тихая нота какой-нибудь экзотической птицы из джунглей или песня ветра в безлистом лесу.
Странная трель доносилась, казалось, отовсюду в офисе.
Пять человек Дока напряглись. Они знали, что означает этот звук. Опасность!
Ведь этот звук был частью Дока — маленькой, неосознанной вещью, которую он издавал в моменты умственного напряжения, или когда делал какое-то поразительное открытие, или когда грозила смерть.
Голубь резко спикировал с подоконника.
Док молниеносно достиг окна. Птица была в нескольких ярдах от него и летела вяло. Док наблюдал за ней до тех пор, пока она не скрылась в лунном свете.
— Этот голубь был там, где каждое наше слово могло долететь до него! — сухо сказал он.
— А что, если так? — Монк фыркнул. — Голуби не могут рассказать, что они слышат.