Первый помощник Джонг, глядя на него со штурвала, выразил удивление в глазах.
— Мы хотим воспользоваться радиоаппаратом, — объяснил Док. — Возможно, вам лучше пойти с нами, капитан, на случай если радист будет возражать.
Капитан Хикман вдруг начал потеть. Казалось, один только вид Дока способен заставить его вспотеть.
— Конечно, конечно! — отрывисто сказал он.
В этот момент на мостик вышел первый помощник Джонг.
— Минутку, пожалуйста! — пробурчал капитан Хикман. — Я должен отдать приказ. Тогда мы пойдем в радиорубку.
Перейдя к одному из матросов-практикантов, всегда дежуривших на мостике, командир заговорил низким голосом. Разговор продолжался целую минуту. Затем капитан Хикман поспешил вернуться к Доку, извинившись за задержку.
Они двинулись к радиорубке. Перед ними возникла дверь аппаратной.
Ренни резко обернулся — он вдруг услышал неясный, мягкий, трелистый звук, который странным образом бежал вверх и вниз по музыкальной шкале. Это был мелодичный, вдохновляющий звук, обожествляющий описание. И продолжался он всего мгновение.
Ренни понял, что это был крошечный, неосознанный звук Дока, который он издавал в минуты наибольшей сосредоточенности, или когда натыкался на поразительное открытие, или когда грозила опасность.
Инстинктивно Ренни огляделся по сторонам в поисках неприятностей. И он увидел ее. Из двери комнаты беспроводной связи вырывались клубы дыма, желтоватого, мерзкого.
Док рванулся вперед, бронзовая вспышка скорости. Он свернул в радиорубку. В этот час за приборами сидели два оператора. Оба лежали в алых лужах. Их зарезали.
Беспроводные аппараты — как телефонные, так и телеграфные — были искусно разрушены. Они были выведены из строя.
Кто бы ни выполнял эту работу, его уже не было.
Ренни вбежал в радиорубку. — Ну и дела! — хрипло пробормотал он.
Капитан Хикман не вошел.
Док подошел к двери и выглянул наружу.
Револьвер капитана Хикмана сверкал у него перед лицом.
Док двинулся вперед, так быстро, как никогда раньше. Даже невероятная скорость и ловкость не помогли бы ему устоять на ногах, если бы он попытался отпрыгнуть назад. Но он успел увернуться настолько, что пуля лишь чиркнула по его бронзовым волосам.
Прежде чем пистолет коварного шкипера успел снова вспыхнуть, Док вернулся в рубку.
Ренни вздрогнул от выстрела. — Что случилось, Док?
— Это капитан Хикман! — сказал огромный бронзовый человек с каким-то пылающим резонансом в голосе. — Он подкуплен Томом Ту!
Ренни бросился к двери. Из каждого кулака торчало дуло пулемета. Он вытолкнул одного в коридор и дал ему коротко побарабанить.
Человек вскрикнул, выругался — его ругательства звучали на квантунском языке.
— Это был не капитан! — прорычал Ренни.
Он прислушался. В коридоре с обеих сторон скользили быстрые ноги. Они приближались. Грохотали выстрелы.
— Они приближаются к нам, Док!
Док достал из кармана стеклянный пузырек с анестетиком. Но не использовал его. Ренни не мог задержать дыхание на три-четыре минуты, необходимые для того, чтобы воздух нейтрализовал вещество.
— Используй оружие, Ренни. Прорубим себе путь отсюда!
Ренни бросился к стене. За ней находилась палуба. Он высунул один из маленьких пулеметов, нажал на спусковой крючок и круговым движением взмахнул дулом.
Потрясающая скорость выстрелов издала оглушительный стон. Пули работали по стене, как чудовищная лобзиковая пила. Участок, превышающий головную часть бочки, был вырезан почти полностью. Ренни ударил кулаком по этому участку. Он вылетел наружу.
Ренни и Док выскочили на палубу. В поле зрения попали лишь несколько испуганных пассажиров.
Док помчался к ближайшему трапу. Одним мощным рывком он достиг палубы. Ренни последовал за ним, дико размахивая пистолетами для равновесия и преодолевая тремя прыжками и почти головокружительным падением расстояние, которое Док преодолел за один прыжок.
Пассажиры увидели оружие и с криками побежали в укрытие.
Хэм и Миндоро поднимались по парадной лестнице, плечом к плечу, с оружием в руках. Хэм держал трость со шпагой.
Пуля, выпущенная с верхней палубы, пронеслась мимо них. Где-то в обеденном салоне пуля разбила стеклянную посуду. За ней последовали другие свинцовые пули.
— Осторожно, Док! — крикнул Хэм. — Стадо дьяволов поднимается снизу!
Слова едва успели сорваться с его губ, как на парадной лестнице появились желтые рычащие морды.
Ружье Хэма закричало свою ужасную песню смерти. Лица скрылись из виду, несколько из них окрасились в багровый цвет.
— У меня кончились патроны! — буркнул Ренни. — Боеприпасы проходят через эти пушки, как песок через воронку!
— Мой багаж в трюме! — быстро сказал Док. — Нам лучше добраться до него! Там два ящика патронов.
Они помчались вперед по проходу, Док шел впереди.
Узкоглазые люди внезапно преградили им путь. Восемь или десять! Они закупорили проход.
Шипя, один из них бросился на Дока с коротким мечом. Но удар пришелся мимо, и Док шарахнулся в сторону. Сила удара закрутила азиата. Его меч вонзился в переборку прохода и застрял там.
Док схватил мечника за шею и одну ногу. Используя его как таран, он бросился вперед, как снаряд. Азиаты засуетились, раздался визг. Вспыхнули пистолеты — жуткие маленькие автоматики с шипами, способные загнать пулю на милю.
Затем в бой вступили Хэм, Ренни и Миндоро. Их сверхмощные пулеметы издавали ужасающие звуки бычьей скрипки. Перед этими ужасающими взрывами свинца падали люди.
Это было слишком для корсаров. Те, кто был в состоянии это сделать, бежали.
Продолжая движение, Док и его люди спустились по трапу на переднюю палубу. Док открыл люк, через который можно было попасть в трюм. Он спустился вниз.
Азиаты заметили их. Они дали кашляющий залп. Щепки выскочили из палубы. Пули стучали по железному люку. Пуля попала в трость-меч Хэма и она покатилась по палубе.
Хэм злобно завыл, рискуя почти верной смертью, нырнул и подхватил трость-меч, а затем выскочил в люк. Чудом он остался цел и невредим.
— Везучий ты, черт! — сказал ему Ренни.
— Вот что бывает, когда ведешь праведную жизнь! — Хэм ухмыльнулся.
Они находились в багажном отделении трюма. Вокруг них громоздились чемоданы и саквояжи. Док нырнул в эти вещи, охотясь за своим собственным багажом, который был поднят на борт в Сан-Франциско.
В то же время Док следил за люком.
Сморщившись от отвращения, Хэм сорвал с себя яркое пальто и жилет. Злодейскую зеленую шляпу он уже потерял. Он снял ботинки цвета крови и вышвырнул их в люк.
— Я босиком пойду, прежде чем надену их хоть на минуту! — огрызнулся он.
Ренни весело фыркнул, когда через мгновение красные туфли полетели обратно в люк, брошенные каким-то восточным человеком.
Глава 13
ПОБЕГ ИЗ ВОДЫ
Наступила тишина. Ее нарушали певучие приказы. Хэм и Ренни с интересом прислушивались к ним. Желтые люди, казалось, говорили на полудюжине языков — от хиндустани, монгольских диалектов и мандарина до кнантунского и пиджин-английского.
— Здесь, должно быть, собрались выходцы из всех стран Дальнего Востока! — буркнул Ренни.
— Я удивлен, — отрезал Хэм. — Люди Тома Ту в Нью-Йорке все были монголами или полукровками с монгольской кровью.
Миндоро объяснил это. — Ходят слухи, что самые доверенные люди Тома Ту — монголы. Естественно, именно этих людей он взял с собой в Нью-Йорк.
Док Сэвидж нашел свои чемоданы. Он открыл один из них. Из него вывалились два ящика с мощными патронами для компактных пулеметов.
Док ухватился за край одного ящика. Он потянул. Дерево рвалось под его стальными пальцами, словно гнилая пробка.
Миндоро, наблюдавший за происходящим, издал вздох удивления. Он все еще был ошеломлен невероятной силой этих огромных бронзовых рук Дока.