Шериф бегло осмотрел ущелье и лежащее в нем тело.
— Пожалуй, это по твоей части, Генри, — сказал он коронеру.
— У кого слабые нервы, лучше отойти подальше и не смотреть, — сказал тот собравшимся и снял с лошади две сумки с инструментами.
— Вы собираетесь делать вскрытие без официального разрешения? — удивился Д'Орр.
— Это не вскрытие, — ответил коронер, — просто экспертиза.
Солнце уже садилось, и между скалами с острыми зазубренными вершинами легли холодные сумеречные тени. Дни здесь, высоко в горах, были жаркими, а ночи — очень холодными.
Бен Дак приехал, когда уже смеркалось. Бока его лошади были покрыты толстым слоем пыли. Сам ковбой тоже выглядел очень уставшим.
— Ну что? — спросил он шерифа.
— Хелло, Бен. Генри там, — шериф кивнул в сторону коронера, — уже заканчивает.
— Через минуту-другую я скажу вам, отчего он умер, — отозвался Генри.
Бен соскользнул с Пегой и ослабил подпругу. Лошадь опустила голову и без особого энтузиазма потянулась к пучку травы.
— Ну как, Бен, откуда он пришел? — спросил шериф.
— Я шел по его следам около пяти миль, — ответил ковбой. — Потом следы оборвались. Старик пришел из-за лавовых потоков, что к югу отсюда, а на той почве не остается никаких следов.
— Может, попробовать с ищейкой?
— Вряд ли, — с сомнением сказал Бен. — Ищейка может взять след там, где есть хоть немного влаги, чтобы удержать запах. А в той местности солнце просто прожгло почву насквозь.
— Мне кажется, глупо тратить время на то, чтобы отыскать следы этого бедняги, — вставил Д'Орр.
Бен сухо посмотрел на него, но промолчал.
В это время коронер выпрямился и вытер руки.
— Голод и жажда, — объявил он. — Вот что убило его.
Бен удивленно взглянул на коронера.
— Голод и жажда?
— Да. Я бы сказал, что старик ничего не ел и не пил, по крайней мере, две недели. В желудке у него только остатки травы, кактусов и что-то вроде суслика или крысы. Он ел даже землю.
— Землю?
— На определенной степени голодания человек начинает есть землю, пояснил коронер.
Бен почесал за ухом.
— А ты заглядывал в его мешок, Генри?
— Конечно.
— И что же ты там обнаружил?
— Запас воды и пищи недели на две, не меньше.
— Все ясно, — снова вступил в разговор Д'Орр. — Старик просто свихнулся.
— Свихнулся он или нет, — сказал Бен, — но у него был с собой целый мешок припасов. Почему он не воспользовался ими?
— Когда люди сходят с ума, — пожал плечами Д'Орр, — им в голову приходят странные идеи. Возможно, что этот бедолага считал, что в мешке у него ничего нет.
На это было трудно что-либо возразить, поэтому Бен стал молча сворачивать сигарету.
— Кажется, это единственное разумное объяснение, — заключил коронер.
Бен не мог припомнить, чтобы он хоть раз в жизни видел сумасшедшего. Правда, ковбои говорят, что у овцеводов шариков в голове не хватает, но это совсем не то. И вообще, Бен Дак не верил, что человек, пусть даже сумасшедший, будет умирать от голода и жажды, неся на себе полный мешок провизии.
— Послушайте, никто из вас не знает, кто такой Док Сэвидж? — спросил Бен.
Мак-Кейн пристально посмотрел на ковбоя, но промолчал. Остальные тоже ничего не сказали.
Через некоторое время Мак-Кейн отвел Бена в сторону.
— Почему тебя интересует Док Сэвидж?
— Да так, — ответил ковбой. — Просто спросил.
— Он что, как-то связан со всем этим?
— А ты что, знаешь его? — задал Бен встречный вопрос.
— Что-то слышал, — уклончиво ответил Мак-Кейн.
— А что именно?
Удивительно бледное лицо Мак-Кейна оставалось абсолютно непроницаемым.
— Не припомню, — ответил он.
Бен внимательно посмотрел на него. Теперь он был уверен, что Мак-Кейн что-то скрывает.
— Кажется, — сказал Бен, — мы не собираемся много рассказывать друг другу.
Мак-Кейн колебался.
— Да, пожалуй, — наконец сказал он и отошел.
Чтобы перевезти тело на ранчо, шериф и коронер взяли с собой повозку. Бен помог им положить туда тело старика. Затем он вскочил на лошадь и поехал рядом с повозкой, на которой лежал покрытый брезентом труп.
Д'Орр на арабском жеребце рысью подскакал к Пегой.
— Спички не найдется? — спросил он ковбоя. Д'Орр так и не смог освоить западную манеру верховой езды, когда тело всадника движется в такт движениям лошади.
Бен серьезно посмотрел на Д'Орра.
— Послушайте, босс, зря вы вот так подскакиваете в седле. Так можно ездить на прогулке где-нибудь в городском парке, но если вы будете делать так целый день, вы себе всю задницу отобьете.
Д'Орр сделал вид, что не расслышал этого.
— Знаешь, я вот тут припомнил — кажется, я слышал кое-что о Доке Сэвидже.
Бен повернулся к нему.
— Правда? И кто же он?
— Скажи, почему ты о нем расспрашиваешь?
— Просто любопытно. Слыхал о нем кое-что. Так что вы о нем знаете?
— Да, в общем, не очень много. Кажется, он живет где-то на востоке. В Нью-Йорке, по-моему. Он искатель приключений, и его имя все время упоминается в связи с самыми невероятными происшествиями. Вот, кажется, и все. Кстати, а кто сказал тебе о нем?
— Да так, один знакомый.
— Этот? — Д'Орр кивнул на тело.
Бен взглянул на лицо своего шефа, залепленное пластырем. Да, возможно, той ночью шпора угодила в лицо Д'Орра.
— Конечно же нет, — солгал Бен.
Д'Орр пришпорил своего скакуна, и белоснежный конь унесся вперед. Издалека слышался только цокот копыт по камням. Бен проводил шефа мрачным взглядом и оглянулся.
Позади всех медленно ехал Альберт Панцер. Ковбой повернул лошадь и направился к нему.
— У тебя больше не было головокружений? — спросил он Панцера.
Тот криво улыбнулся.
— Сегодня я нашел книгу, в которой рассказывается о высокогорной болезни. Она действует на человека совсем не так.
— Я так и думал, — сказал Бен. Он кивнул в сторону Д'Орра, затем Мак-Кейна. — Оба они очень интересуются, почему я спросил о Доке Сэвидже.
Альберт Панцер осторожно оглянулся.
— Я как раз хотел поговорить с тобой об этом, — тихо сказал он.
— Ты слышал что-то об этом Сэвидже?
— Да. И скажу тебе, — Панцер глубоко вздохнул, — он удивительный человек.
Бен хитро взглянул на Панцера. Они натянули поводья, чтобы еще больше отстать от своих спутников.
Ковбой почесал в затылке.
— Так ты говоришь, удивительный?
— Возможно, он один из самых гениальных ученых нашего времени. Он знаменитый химик, врач, инженер и археолог. И, знаешь, он знаменит совсем не потому, что его имя часто появляется в газетах, как, скажем, имена кинозвезд или политических деятелей. Широкой публике вообще мало известно, над чем он работает, но специалисты — врачи, химики, археологи — те знают, на что он способен.
— Ты встречал его?
— Нет. Только слышал, и все.
— Д'Орр сказал мне, что имя Дока Сэвиджа постоянно упоминается в связи с самыми невероятными происшествиями. Да, по-моему, так он и сказал.
— Сэвидж вполне заслуживает такой репутации.
— Но ты говоришь, он великий ученый?
— Правильней было бы сказать, что он использует свои научные достижения, чтобы помогать людям, попавшим в беду. Борется со злом и восстанавливает справедливость.
— Все, что ты рассказал, едва ли поможет мне, — разочарованно сказал Бен.
Панцер пожал плечами.
— Я рассказал тебе все, что мне известно.
— Кстати, а почему ты сразу не сказал, что слышал о Доке Сэвидже?
— Я решил, — понимающе улыбнулся Панцер, — что лучше сделать это с глазу на глаз.
— С чего бы это?
— Разве не этот старик сказал тебе о нем?
Бен уже был готов к такому вопросу.
— Конечно, нет, — еще раз солгал он.
Панцер удивился. Видно было, что он не поверил Бену. Дальше они ехали молча.