ПЕРХОТЬ
Пушка выпалила без десяти минут полдень. После этого Доку и его помощникам стало все ясно относительно времени. Хотя первоначально их расчеты говорили о том, что сейчас должна быть ночь; эти расчеты были основаны на той очередности, с которой им подавали пищу, но они были введены в заблуждение по плану принца Альберта.
Выстрел бабахнул гулко и раскатисто, и пленники соскочили с коек.
Тяжелое палубное орудие во второй раз тряхнуло подводное судно. Это была корабельная пушка.
В коридоре раздался резкий голос принца Альберта:
— У них только десять минут, чтобы передумать! В полдень ровно начинаем действовать.
Так они узнали, что было без десяти двенадцать.
Затем все затихло и раздались глухие удары по корпусу.
Как будто кто-то разгуливал вокруг и время от времени обрушивал на корпус судна удары молотком.
— Знаешь, что это? — приглушенно сказал Шпиг.
— Пули, — ответил Док Сэвидж.
Теперь им отвечали ружейной пальбой.
Железные черты лица Дока Сэвиджа были совершенно непроницаемы, но он чувствовал такую же тревогу, как Шпиг и Оранг.
Они услышали, как носовое орудие подводной лодки выпалило три раза подряд. Затем вновь наступила тишина. Двигатели перестали работать.
Судно дрейфовало около часа. Наверху забегали люди, и с палубы на воду спустили шлюпку. Она отошла и вернулась минут через двадцать. Затем шлюпка совершила еще два коротких плавания, после чего ее втащили на палубу и укрепили. Двигатели подводной лодки заработали. Судно маневрировало какое-то время.
Затем раздался резкий скрежет, напоминающий короткий кашель.
— Торпеда! — тявкнул Шпиг. — Они выпустили торпеду.
— Ш-ш! — зашипел Оранг.
Его шипение не произвело никакого эффекта. Он хотел услышать разрыв торпеды. Все затаили дыхание.
Торпеда рванула. В этом не было никакого сомнения.
Взрыв был мощный и оглушительный, и лодка вздрогнула.
Двигатели подводной лодки заработали на полную мощность, и судно набрало большую скорость, разбивая огромные волны, о чем свидетельствовало ощутимое покачивание.
Док Сэвидж и его помощники молча сели, осмысливая происшедшее.
— Они торпедировали корабль, — пробормотал Оранг.
— Но сначала остановили его огнем из орудия.
— Ага. И поднимались на его борт.
— Плавали три раза, — отметил Шпиг. — И затем расстреляли беднягу торпедой.
— Что за ерунда, — растерянно пробормотал Оранг.
— Это невероятно! — воскликнул Шпиг.
— Это можно было бы объяснить, — заметил Оранг, — если бы была война.
— Да, но войны-то нет! — заключил Шпиг.
Док Сэвидж медленно шагал по узкому стальному отсеку, держась за переборки, чтобы сохранить равновесие при качке.
Затем он остановился.
— Война, — сказал он, — это то, о чем мы не подумали.
— О чем ты? — спросил Оранг. — Ведь войны нет!
— Да, но бои ведутся, — напомнил Док.
— Ну конечно. Сейчас, например, заварушка в Испании. И в Китае сам черт ногу сломит. Но ведь война не объявлена… — Оранг внезапно умолк, с трудом сглотнул и завопил:
— О черт!
«Симпатяга» химик запустил пальцы в волосы, провел рукой по голове и потер шею. Его забавно-безобразное лицо поминутно меняло выражение.
— Док! — завопил он. — Я все понял! В Европе война! Пока необъявленная. Морские суда топят друг друга. Распространяются слухи о пиратских подлодках. Пиратская подлодка! Разве ты не об этом же подумал?
— Пиратская субмарина, — произнес Док Сэвидж. — Вполне возможный вариант. В газетах время от времени появлялись сообщения о кораблях, которые атаковались загадочными подводными лодками без опознавательных знаков. Впервые подобные случаи были зарегистрированы в районе Средиземного моря. Однако дело не ограничилось этим регионом.
Все трое молча обдумывали различные варианты идеи, которая только что пришла в голову Орангу.
— Пираты! — воскликнул Шпиг. — Это невероятно! Это же двадцатый век!
— Не в моих правилах соглашаться с тобой, — сказал ему Оранг, — но мне тоже что-то в это не верится. Пираты вышли из моды с капитаном Киддом.
Док Сэвидж напомнил некоторые факты.
— Народы Европы, — сказал он, — были вовлечены в гонку вооружений и политические интриги на протяжении многих лет. Они похожи на соседей, которые точат зуб друг на друга и поэтому прячут у себя в домах ружья и револьверы, тщательно скрывая их. Никто не хочет начинать первым.
Следовательно, когда случайно стреляет ружье, все отрицают, что это произошло в их доме, и сваливают все на соседа. Народы Европы ведут себя сейчас именно так. Именно поэтому загадочные нападения подводных лодок до сих пор окружены такой тайной.
Оранг несколько раз глубоко вздохнул:
— Док, ты думаешь, какая-то страна финансирует эти акции?
— Не обязательно, — ответил бронзовый человек. — Предположим, какой-нибудь «великий корсар» двадцатого столетия сколотил команду, завладел подводными лодками и начал свой промысел. Международная обстановка идеально этому благоприятствует. Предположим, пираты пустили ко дну германское судно. Естественно, немцы сразу начнут подозревать в этом русских, потому что между Германией и Россией натянутые отношения.
Оранг и Шпиг нашли мнение Дока достаточно логичным. Гипотеза показалась еще более правдоподобной, когда Док напомнил, что точно такую же тактику использовали испанские пираты. Испания находилась в состоянии войны с Англией, и, когда испанцы теряли корабль, они немедленно обвиняли в этом англичан.
— Но что ты думаешь об этих людях, говорящих на староанглийском? — спросил Оранг.
— И при чем тут эта герцогиня? — добавил Шпиг.
— Мы поспим и подумаем об этом, — предложил Док.
Док и его помощники, проснувшись на следующее утро, по зрелом размышлении пришли к выводу, что не нашли вполне удовлетворительного объяснения ситуации.
Состояние неопределенности продлилось еще пять дней.
Вечером пятого дня неожиданно прекратилась сумасшедшая качка и двигатели заглохли. Грохот цепи в носовой части судна означал, что подлодка выбросила якорь.
— Мы пришли в порт, — заключил Шпиг.
— Какой порт? — нелепо спросил Оранг.
Тюремная дверь отворилась, насколько позволяла цепь.
— У меня для вас есть новости, джентльмены, — возвестил принц Альберт, держась на почтительном расстоянии от двери.
— У меня для тебя тоже кое-что приготовлено, — заверил его Оранг. Скоро я надеюсь тебя этим обрадовать.
— Очень хочешь?
— Я сделаю это с огромным удовольствием.
Принц Альберт кисло усмехнулся.
— Вы нас крепко достали, ребята. Будь моя воля, я давно организовал бы для вас по добротному гробу. Но большой босс хочет по-другому. У него относительно вас какие-то планы — Что-что? — переспросил Оранг.
— Планы, — повторил принц Альберт. — Только не спрашивайте меня об этом. От объяснений меня всегда тошнит.
— А тебе-то есть что сказать? — спросил Оранг.
— Разумеется, — кивнул принц Альберт. — Я только предупреждаю вас, что если вы не будете рыпаться и откажетесь от мысли доставить нам неприятности, с вами все будет в порядке. По крайней мере, вы будете живы. Это лучше, чем то, что с вами сделают, если вы опять начнете делать глупости.
— Нас оставят здесь? — спросил Док Сэвидж, не принимавший до этого участия в разговоре.
— Ты прав, — сказал принц Альберт и отдал распоряжение запереть пленников.
Док Сэвидж растянулся на койке. И подсказал Орангу и Шпигу, что им не мешало бы сделать то же самое.
— Уже смеркается, — тихо сказал он. — Мы подождем часа четыре. Неплохо было бы поспать за это время.
Оранг и Шпиг переглянулись.
— То есть, — пробормотал Оранг, — ты не собираешься воспользоваться советом нашего друга не делать глупостей?
— Ни в коем случае, — заверил его Док.
Затем Док Сэвидж заснул, к общему неудовольствию Оранга и Шпига, которые лежали с открытыми глазами, сгорая от любопытства, что же задумал бронзовый человек.