Полицейские уже были в конторе, когда приехал Перрен. Генри Хокинс без всяких следов насилия сидел в кресле и все еще нянчил в узловатой руке неуклюжий револьвер.
— Что это? Что это, Генри? — набросился на него Гаррис Хупер Перрен.
— Здравствуйте, мистер Перрен, — сказал Генри Хокинс. — Кто-то, наверное, позвонил в полицию. Я еще не закончил свой ужин.
Перрен схватился за пучок седых волос, затем, передумав, впился зубами в свой любимый ноготь.
— Ты еще не закончил ужин?! — изумленно спросил Перрен. — Офицер, вы нашли что-нибудь?
Дверца одного из сейфов была открыта. Перрен застонал — не хватало сорока бриллиантов огромной ценности и многих неограненных камней. Эти камни ему передал один клиент.
— Из них можно было нарезать больше, чем на тысячу карат, — проговорил Перрен. — Тысячу карат, понимаете! Я разорен! Это стоит мне всего, что у меня есть, — моей репутации, моей…
Ювелир отвел свой измученный взгляд от внутренностей очищенного сейфа. Детектив привлек внимание Перрена к полу. Перед сейфом виднелась подсыхающая лужа крови. Она растеклась по ковру. Крови могло быть не меньше кварты или даже более.
— Если он был здесь один, то сейчас где-нибудь отсиживается, предположил детектив. — Если их было двое, то его схватят, когда взломщик попытается волочь сообщника по улице.
Перрен скрутил прядь седых волос.
— Ты видел их, Генри? — допытывался он у ночного сторожа. — Как они выглядели?
— Кого я видел, мистер Перрен? — переспросил Генри Хокинс. — Не могу ли я теперь поужинать?
Лицо сторожа не выражало никаких чувств. Стычка со взломщиками не произвела на него никакого впечатления — он явно был лишь голоден и хотел ужинать. Не было заметно даже, что сторож испугался грабителей.
Перрен был в бешенстве. Приехавший инспектор по имени Райан застал его кипящим от негодования.
Генри Хокинс, не проявив ни малейшего интереса к переживаниям хозяина, уронил трубку на пол.
— Может быть, его контузило? — предположил инспектор Райан.
Он внимательно смотрел на Генри Хокинса. Вдруг ему в голову пришла какая-то мысль.
— Черт возьми! — воскликнул он. — Он же похож на того чистильщика, который вчера столкнул своего друга под поезд! Скажи, ты помнишь, что стрелял в кого-нибудь?
— Может, стрелял… Д-да, я думаю, стрелял, — ответил сторож. — Я не смог поужинать, и я голоден. Меня здесь не было, когда взломали сейф. Мистер Перрен знает, что я этого не сделал бы.
Генри Хокинса не подозревали. Его заподозрили бы, если бы не лужа крови на полу. Один из следователей выковыривал кусок свинца из стены у окна.
— Да, все правильно, — сказал следователь, — он стрелял. Но что-то с ним произошло.
Перрен мертвой хваткой вцепился в остатки своих седых волос.
— Что делать?! Что делать?! — стонал он. — Я не застраховал эти камни. Я должен был оценить их, но не оценил.
Инспектор Райан был очень толковым полицейским.
— Мы сделаем все, что можем, чтобы вернуть их, мистер Перрен. Но во всей этой истории есть нечто необычное. Я думаю, надо отправить вашего сторожа в Бельвю для осмотра. Есть только один человек, который мог бы помочь вам. Я не знаю почему, но Док Сэвидж копался в коробке чистильщика обуви. Если кто и может найти ответ, так это — бронзовый человек. На вашем месте, мистер Перрен, я бы поговорил с ним.
Через час ювелир уже был у Дока. Гаррис Хупер Перрен не один раз открыл от удивления рот, когда вошел в штаб Дока Сэвиджа. На двери были маленькие буквы, сделанные из бронзы. Надпись гласила: «Кларк Сэвидж-младший». Док встретил посетителя. Первое, что заметил ювелир, была библиотека. Она состояла из тысяч томов, многие из которых были посвящены минералогии и ювелирному делу. Док Сэвидж знал о ювелирном искусстве больше, чем сам Гаррис Хупер Перрен!
Бронзовый человек знал также о самом Гаррисе Хупере Перрене больше, чем тот мог представить себе.
Перрен стоял посреди огромной лаборатории, теребя рукой клок своих жестких волос.
— Я не вижу, чем вы можете мне помочь, — сказал Перрен, — но мне кажется, что мой ночной сторож сошел с ума. И я, кажется, тоже свихнусь. Один из моих сейфов обчистили. На полу кровь, а мой ночной сторож даже не помнит, что стрелял. Его отправили в Бельвю на обследование.
В глубине золотистых глаз Дока засверкали крошечные вихри — он думал. Улыбающийся Тони, чистильщик обуви, Саймон Стивенс, президент пароходной компании, теперь — скромный сторож по имени Генри Хокинс?
Перрен изливал свои беды.
— Прежде всего вам нужно сесть, — предложил Док. — Вы интересуетесь тропическими рыбками? У меня в этом аквариуме почти сотня разновидностей.
— Ради всего святого! — произнес Перрен. — Я говорю вам, меня ограбили. Похитили бриллианты, которые не были застрахованы! Я разорен! Я никогда больше не найду работу!
— Да, я это все понимаю, — спокойно ответил Док. — Вы доводите себя до нервной истерики. Если вы присядете вот сюда и посмотрите на рыбок, я позвоню по телефону и, может быть, смогу вам помочь.
— Я заплачу вам сколько угодно — все, что вы потребуете, — со стоном проговорил Перрен.
Док Сэвидж только улыбнулся и ничего не сказал.
Из соседней комнаты Док говорил по телефону.
— Этот случай настолько необычен, что я решил, вам было бы интересно увидеть этого сторожа Генри Хокинса, — сказал бронзовый человек собеседнику на другом конце провода.
Человек, которому он позвонил, отвечал из постели:
— Да! Да, действительно. Хорошо, что вы позвонили, мистер Сэвидж! Я поеду в Бельвю и сразу осмотрю этого человека. Возможно, это необычное состояние только временно, но я хочу добраться до его корней.
— Уверен, вам это удастся, — сказал Док Сэвидж. — И, доктор, есть еще один случай, аналогичный, как мне кажется, этому, и который меня очень интересует. Жертвой является Саймон Стивенс, пароходный магнат. Его тоже поразила эта болезнь сегодня, но он уже уехал в свой дом в Саутгемптоне. Я буду вам очень признателен, если вы навестите и его тоже.
В голосе на другом конце провода почувствовалось волнение. Затем послышался ответ:
— Я заеду в Бельвю, а затем немедленно отправлюсь на машине в Саутгемптон.
Док Сэвидж вернулся в лабораторию. Человек, которому он звонил, был доктор Быолоу Т. Мадрен.
Оставшись один, Гаррис Хупер Перрен несколько успокоил свои нервы. Возможно, вспыхивающие, переливающиеся краски тропических рыбок, плавающих в прозрачном резервуаре, благотворно действовали на нервную систему.
Перрен и не мог знать, что аквариум с рыбками закрывает один из потайных выходов.
Глава 4
ЕЩЕ ОДИН МОЗГ ЗАМОРОЖЕН
Как только Док Сэвидж вернулся в лабораторию, Гаррис Хупер Перрен вскочил на ноги.
— Вы звонили кому-нибудь? — спросил он. — Может быть, в полицию? Что они сказали? Они что-нибудь нашли?
— Я не звонил в полицию, — успокоил его Док. — Я думаю, что в мозгу вашего ночного сторожа можно найти больше, чем где-либо. Подождем результатов исследований. Вы когда-нибудь видели лучшую коллекцию тропических рыб?
— О Боже! Я разорен, разорен! А вы твердите мне о рыбах! Некоторые из них еще и ядовиты! Я хочу знать, как мне вернуть драгоценности, которые не застрахованы!
— Да, некоторые из рыб ядовиты, — сказал Док. — Вы можете увидеть их, если посмотрите поближе. Вот эти с острыми иглами.
Надпись на аквариуме гласила: «Ядовитые рыбы».
Перрен подошел и стал в упор разглядывать рыбок.
Док стоял рядом с ним. Рыбки, переливаясь мириадами огней, плавали вокруг декоративного подводного замка, какие обычно помещают в большие аквариумы.
Неожиданно Док сказал:
— Нам надо будет подождать результатов. Тем не менее, пока не наступит рассвет, я хочу навестить вашего сторожа в Бельвю. После этого я сразу же приеду в вашу контору. Я бы хотел осмотреть место происшествия.
Когда Перрен удалился, Док Сэвидж вернулся в лабораторию. Его движения, казалось, так же не относились к делу, как и его намерения заинтересовать взволнованного ювелира тропическими рыбками.