– Нужно проверить, что за взрывы, – предложил я Никите.
– Рискованный шаг, но пойдём, узнаем, – ответил он.
Всё же некоторая боязливость в нём осталась. Или даже осторожность, что ли. Никита, находясь в укрытии, всё время к чему-нибудь присматривался, прислушивался, а когда шли по городу, то озирался по сторонам. Видимо, лоза заставила его попотеть. Он иногда тяжело дышал, кашлял, постоянно сопел. Заражение восьмибитным вирусом всё же сказалось на его здоровье. И хотя он уже давно вылечился, от пикселей не осталось и следа, но я всё же не хотел его сильно нагружать.
– Может, я сам сбегаю, а ты здесь посидишь? – сказал я.
– Не, я с тобой пойду, – сразу же отказался он. – Вдруг нужна будет помощь. Или в беду попадёшь. Лучше вместе держаться. О, ты мне как раз напомнил.
Он достал из рюкзака две портативные рации, которые сам изготовил, соединив детали китайских мобильных телефонов и рации. Он сделал так, что самодельные аппараты не выглядели большими, громоздкими, а они получились маленькими, будто это не аппаратура из девяностых, а современные гаджеты. Никита настроил их на нужную волну, так, что мы слышали только друг друга и могли переговариваться на очень большом расстоянии. Не было никаких помех и нам не мешали чужие голоса. Немец оказался не только отличным программистом, но и прекрасным электронщиком. Чинить, паять, выжигать, собирать и налаживать он умел на славу.
Я ничего не знал про родителей Никиты и других его родственников. Он ничего не рассказывал мне. Но я был уверен, что в любом случае они бы гордились его талантами или даже гордятся и сейчас. У него был особенный дар, который сочетался со скромностью и осторожностью. Руки его росли из правильного места, поэтому всё он мог и всё умел. И особо даже не хвалился. Сделает что-то хорошее и использует в работе. Починить будильник нужно? Это к Никите. Телевизор сломался? Немец всё подчинит. И это всё за небольшую плату. Золотые руки у человека. Хотелось бы, чтобы таких людей в нашей стране стало больше.
В северо-западной стороне от укрытия находилась большая площадь. По словам Никиты раньше там проходили различные военные парады, праздновали День победы и День города. Позже там стали проводить концерты, ставить ёлку в Новый год, строили ледяные дворцы, лабиринты, фигурки. Летом из площади делали стоянку для автомобилей. Что находится на этой площади в моём мире? Да я и сам не помню уже. Я так привык к восьмибитному миру, что уже не удивлюсь, если пиксели захватили и площадь тоже.
Подходили мы к ней тихонько, чтобы не создавать лишнего шума и не привлекать внимания. И что же мы увидели? Поразительное зрелище. Площадь превратилась в поле боя и на ней проходили обстреливания танчиков. Да-да, тех самых, которые были на «Dendy», которые были одной из самых любимых наших видеоигр. Помните, как мы дни и ночи напролёт проходили очередной уровень, защищали герб от вражеских танков, хватая награды, а иногда и сами взрывали свой собственный герб, но только ради шутки, когда уже выключали телевизор. Я даже слышал ремикс на композицию «Танчики-Денди». Она не менее прекрасна, чем официальный саундтрек игры.
А что было на самой площади? Сейчас раунд уже прошёл и игра словно перезапустилась заново. С левой стороны от нас стояли два танка, а посередине за кирпичной стеной висел герб в виде одноглавого гордого орла, который взмахивал крыльями и был готов сию минуту взмыть в небеса. С другой стороны появились три танчика – один в центре площади, а два других находились в углах. Интересно оказалось оформлено поле боя. Здесь были и те самые кирпичные стены, которых в игре было больше всего. Они оказались размещены в виде лабиринтов, поэтому если не пробиться насквозь, то можно и заблудиться в них. В некоторых местах мы заметили лёд. По нему танчики здорово скользили, сталкивались друг с другом. Мне в детстве нравилось это больше всего. Особенно когда давали какой-нибудь приз вроде «Пистолета», «Звезды» или «Лопаты» и нужно было скорее его взять, иначе исчезнет. Вот тогда лёд очень помогал.
Думаю, что про бетонные бронированные стены, кусты и воду можно не рассказывать. Их здесь было не так много, так что раунд был вполне лёгкий. Всё было неживое, игровое, восьмибитное. Но ностальгия нахлынула, поэтому очень мне хотелось попасть на эту площадь. И я обратился к Никите.
– Сыграем? – предложил я ему?
– Давай, – сказал он, и первый побежал к танкам.
Ему самому не терпелось попасть в танчик и начать крушить врагов. Тем более что это нам как раз на руку. Танки будут стрелять по нам, но броня будет защищать. Сидя в танке, мы сумеем поразить намного больше пикселей, чем без дружественных танков. Сможем легче попадать в цель, когда враги окажутся рядом. Получится бить соляным раствором с близкого расстояния. Уничтожив эта танки мы поймём, что восьмой бит уязвим к соли. Тогда наш счёт станет два ноль в пользу человечества. Было это рискованно, потому что вражеские танки стреляли не хуже наших, да и разновидностей у них было больше, но медлить нельзя. Благодаря этому бою мы покажем Террабайту, что с нами шутки плохи.